— А как на счет охраны? Бдят?

— Ну так. Вполглаза, все-таки морг. Его посетители обычно не бедокурят и жалобы не строчат, так что охранники обычно тусуются где-то еще.

— Значит, проблем нет.

— Я бы так не сказал, — упрямится Джем и не успевает остановить Лекса, когда тот подходит к столику и хватается за простыню.

— Что ты творишь?!

Лекс разворачивает простыню, и она оказывается довольно старой и тонкой на просвет, так что он без промедления нахлобучивает ее себе на голову.

— Ну чего, я вполне сносно вижу сквозь нее, — сообщает друг из-под своего прикрытия. Ну, ясно, сегодня грабить морг пойдут два застиранных привидения. Надеюсь, никто видео с камер просматривать не будет.

— Но я все равно могу тебя опознать, — рычит Джем. Мы все смотрим на выглядывающие из-под простыни форменные брюки и ботинки.

— Ах, точно, — Лекс наклоняется и стаскивает с себя ботинки, носки и подворачивает брюки выше колена. Немного понаблюдав за ним, начинаю делать тоже самое со своими.

— Как, ты его не остановишь?! — удивляется Джем. — Ты же всегда была самой разумной из всей вашей компании!

Стоя в этот момент на одной ноге, я едва не падаю. Как же превратно можно истолковать чужие поступки или слова! Принять трусость и неуверенность за разумную осторожность к примеру.

— Так, куда бы это деть? — ухватив с пола ботинки, Лекс все же приподнимает простыню, чтобы осмотреться. Его внимание привлекает защитный экран в стене, на половину прикрываемый столиком на колесиках. Сразу же принявшись за него, он откручивает винты, отставляет его в сторонку и заглядывает в отверстие за ним. Эта квадратная дыра не очень большая, но наверняка позади нее много места как во всех технических шахтах Муравейника. Жаль, что прямо по ним нельзя пробраться сразу в морг. То есть пробраться то можно, но выбраться не получится, поскольку экраны всегда прикручены снаружи.

— Ну что, идем? — припрятав нашу обувь, предлагает мне Лекс.

— Ага, идите конечно, но, может, поделитесь все-таки, как вы собираетесь открыть дверь? — со всем возможным скепсисом интересуется Джем.

Не вдаваясь в объяснения, Лекс демонстрирует ему пустую карту.

— Спорим не выйдет? — Джем ничуть не впечатлен.

— А если не выйдет, — друг немного раздраженно запихивает карту обратно в рукав, — дождемся кого-нибудь, кто нам эту дверь откроет, и проскользнем за ним.

Джем нервно покусывает губу, не решаясь что-то предложить.

— А как думаете, что вам будет, если вас все-таки поймают? — переживает он.

— Да ерунда какая-нибудь, — отмахивается Лекс. Такие детали его никогда не интересовали. — Но ты по-любому не при делах.

— Спасибо, конечно, — вздыхает Джем. — Короче там несколько помещений за той дверкой. Тела хранят внизу, а сверху гистологией занимаются, и тетка которая это делает довольно пунктуальна, так что с обеда возвращается минуту в минуту. Ну, в общем, можете подождать.

Ну, в общем, мы ждем, отпустив Джема дальше набирать свои баллы. На случай, если комнатка кому-нибудь понадобится, мы забираемся в шахту к своим ботинкам и прикрываем дыру столиком. Внутри сесть приходится прямо на каменный пол, зато спину греет обернутая во что-то мягкое труба. Пока я развлекаюсь, разглядывая уходящий вдаль прямой тоннель, Лекс, уставившись в свой планшет, обмозговывает возможные пути отхода.

Когда подходит означенное время, мы по очереди выбираемся обратно в комнату и надеваем простыни. Из-под такой завесы видно вообще-то довольно фигово, но в хорошо освещенном коридоре, надеюсь, будет получше. Вместе с Лексом мы встаем у двери, готовясь к выходу. Тут-то меня и пронимает нервная дрожь.

— Ты — привидение с моторчиком? — спрашивает друг, вспомнив мультик.

— Д-да, но летать не умею…

— Главное не тарахти, мы под прикрытием, — сообщает Лекс довольно, и тут дверь открывается.

— М-мать вашу! — восклицает заходящий Джем и хватается за сердце. — Хорошо, мы в больнице!

— У-у-у! — Лекс протягивает к нему руки. — Мы пришли за твоей душой! — говорит он нараспев. — Надеюсь, ты помыл ее?

— И обеззаразил, так что прочь от нее ваши грязные ручонки! — отмахивается Джем. — Между прочим, если вам все еще интересно, один охранник сейчас на посту, а Панера уже прям сейчас будет возвращаться!

— Та тетка, которая нас пропустит?

— Да-да-да, — нетерпеливо тараторит Джем, — я бы отвлек охранника, если вы быстренько придумаете как.

— А чем он там на посту занимается?

— Не знаю, рубится во что-то по сети.

— Так, собственно, он уже отвлекся. Крякни нам, как твоя тетя мимо пройдет.

— Ладно, — Джем выходит за дверь и тут же машет нам рукой, пока она еще не закрылась. Мы тут же выскакиваем в коридор.

Действительно, здесь сквозь простыню видно получше. А именно виден удаляющийся от нас одинокий силуэт. Однако коридор длинный, прямо очень. За четыре секунды, которые будет открыта дверь можно не успеть, а если начать бежать к двери до того, как тетя в нее войдет, она может заметить нас боковым зрением. И я себе слабо представляю, что она почувствует и как громко будет орать, увидев несущиеся на нее босоногие привидения в развевающихся простынях. А может она решит, что мы трупы, вышедшие проветриться, а теперь желающие вернуться на свои места?