Недоуменно переглянувшись, мы идем за этим молодым человеком к одному из выходов из купола. Я чувствую себя глупо. Мне серьезно показалось, что мы попали в беду, но пока что к нам относятся лучше чем официальная организация в составе гильдии искателей. Все очень мило и вежливо.

По стеклянному коридору мы проходим в вытянутую оранжерею, где среди цветов находится каскад неглубоких искусственных водоемов. Добравшись примерно до середины строения, Лис останавливается и поворачивается к нам. Кроме нас троих людей здесь нет.

Предположив, что нам снова предложат подождать, я опускаю взгляд в ближайший водоем. Сначала кажется, что его плоское дно покрыто почти идентичными гладко отполированными камнями, однако эти камешки подергиваются, попинывая друг друга, и неожиданно позевывают круглыми ртами с кучей мелких, но на вид острых зубов.

— Я должен сделать вам предложение, — предупреждает Лис, немного волнуясь. Над его головой висит камера наблюдения, и можно предположить, что, тот или те, кто хотели нас видеть, уже нас видят.

— Делай, раз должен, — разрешает Лекс, стоя у самого края водоема. По его позе видно, что больше всего ему сейчас хочется поэкспериментировать с повадками этих живых камней, посредством бросания в них других камней — они даже есть у него в кармане, я знаю, однако наши новые знакомые вряд ли согласятся немножко обождать с общением.

— Вы знаете человека, который работал на нас, — уже увереннее продолжает Лис.

— Стоува?

Лис не подтверждает это даже простым кивком.

— Он взял на себя обязательство достать некий объект и передать его нам. По нашим данным получить этот объект ему удалось, однако после этого он исчез вместе с ним. Нас интересует либо информация о местонахождении его и объекта, либо вы можете сами раздобыть объект и принести его нам.

Лекс раздраженно фыркает.

— Где Стоув, мы и сами хотели бы знать, а новая работа нам не нужна. Так что, по ходу, вы и мы друг другу совершенно бесполезны. — Он машет мне рукой: — пошли отсюда.

— Такая работа всем нужна, — пытается остановить его Лис. Он заметно нервничает, боится, должно быть не справиться с поручением прямо на глазах у своего босса.

— Да неужели?

— Очевидно, вы и сами не представляете, в каком шатком положении сейчас находитесь, — быстро говорит Лис, возможно, повторяя за кем-то — у него в ухе маленькая телесного цвета капелька, анатомически с ним не связанная. — По прихоти безответственного человека вы заняли места, которые предназначались для других. Меньше чем через год с началом новых перетасовок эта недоразумение будет исправлено, и вы окажетесь никому не нужны. Вы даже назад на свой уровень вернуться не сможете. А знаете, что бывает с людьми, которых выкидывает из системы? Ничего! Их выбрасывают как мусор. — Лис пытается выдать соответствующую словам интонацию, но его голос дрожит. — Работа на нас позволит быстро, уже в молодости, подняться наверх и достичь успехов в гильдии.

— В какой гильдии? — уточняет Лекс.

— В любой гильдии.

— В любой?! — удивляется Лекс. — Если ваши связи столь обширны, — он смотрит то в камеру, то на молодого человека, — и вы так легко добываете нужную информацию, — то почему не насобираете этих объектов сами. Мы лично вам на фига сдались?

Лис кажется напуганным, но тем не менее говорит:

— Достать объект без официального привлечения всех ресурсов искателей достаточно сложно. Недавно был найден другой путь, и он оказался доступен благодаря связям нашего пропавшего работника. Мы полагаем, что этим путем сможете пройти и вы.

Я конечно не могу быть до конца уверена, но предположу, что тут он имеет в виду помощь со стороны секты поклонников материнского дерева, а значит, эти господа тоже в какой-то степени верят в Мать. И даже возможно именно кто-то из них преследовал меня и Лита, когда мы пытались оторваться от слежки на полуразвалившемся поезде.

— Однако вы правы, — продолжает Лис. — Вы важны, но не настолько важны, чтобы в случае вашего отказа сотрудничать не принять соответствующих мер. Всегда есть другой способ вести бизнес.

— С этим сложно спорить, — мягко соглашается Лекс и улыбается даже. Наверное, это нервное, но Лис, дабы окончательно убедить его в серьезности не своих слов, предлагает поближе познакомиться с обитателями лужи. Из вытянутой коробки рядом с собой он вытягивает нечто похожее на большую вилку, к зубьям которой привязаны сосиски. Парень подносит вилку к поверхности воды, крепко держа ее двумя руками. Едва она касается воды, ближайшие к этому месту камни словно выстреливают вверх, молниеносно вытягиваются и их жуткие рты смыкаются на сосисках и откусывают их вместе с зубьями. Лис делает усилие, чтобы остаться на ногах, когда вилку резко дергает. Остальные камни, которым не достался перекус недовольно булькают, когда их более удачливые собратья опускаются обратно на дно и начинают переваривать пищу.

— Круто, — Лекс нагибается над водой, поближе рассматривая довольных обедом монстров. Я же отхожу на шаг и заглядываю в соседний бассейн — но там ничем не примечательные рыбки гоняют стайкой туда-сюда.

— Они любят мясную продукцию этого производителя, — кивает взбледнувший Лис. — Но еще больше они любят человеческие пальцы. Очень назидательно получается.

Если при этом сравнивать выражение лиц Лекса и Лиса, то становится совершенно непонятно кто кого запугивает.

— Хорошо, с этим все ясно, — все же вынужден признать мой друг. — Но у меня, прежде чем мы уйдем обдумывать продуктивность сотрудничества с вами, назрел еще один вопрос. Я так понимаю вы имеете дело и с живыми объектами тоже? В смысле не только с продуктами их жизнедеятельности. А такими крупными птичками с клешнями вместо крыльев вы занимаетесь?