«Чем я думала? Что я тут делаю? — лицо Лорелей пылало, тело покалывало от волнения и ужаса, сердце колотилось в груди. Она открыла дверцу машины, спрятала ключи и пошла по лестнице. Дом был необычным, будто из ее снов. Она уже была тут. Башня на краю дома казалась знакомой, винтовая лестница вела к крыше, как в маяке. — Нет, это была ужасная идея. Я не пойду туда. Я такая дура…»

Ветер завыл, кусок снега съехал с крыши дома и упал рядом с ней. Она охнула, впилась ногтями в ладони. Она вспомнила сценарии фильмов ужасов, когда глупая героиня оказывалась на пути опасности, невольно становилась мишенью психа-убийцы. Она не могла тут оставаться. Чем она думала? Лорелей сжала перила и развернулась, обошла снег, упавший рядом с ней кучей. Лестница скрипела под ней, она пошла к джипу.

— Лорелей? — позвал голос за ней. Она обернулась, увидела женщину на вершине лестницы. Ее волосы были собраны в высокий пучок, она куталась в теплую коричневую накидку из пашмины. Пряди волос обрамляли ее лицо, трепетали на ветру. Лорелей посмотрела в бледно-зеленые глаза женщины, тепло и спокойствие заменило страх, что удерживал ее.

— Да, кхм, здрасьте, — пролепетала Лорелей.

— Я не думала, что ты придешь, но рада, что ты здесь, — сказала женщина. — Подойди, позволь рассмотреть тебя.

Лорелей повернулась к женщине и поднялась на две ступеньки выше.

— Ты красавица, — сказала она. — Поверить не могу, как сильно ты выросла.

Она протянула тонкую руку и погладила щеку Лорелей. Ее ладонь была нежной и теплой, напоминала о маме.

— Мне жаль, но я вас не помню.

— Конечно. Когда ты жила тут, ты была малышкой, почти не ходила. Ты была милейшим ребенком, всегда веселая, играла и пела. Моя милая племянница.

— Я жила тут? — спросила Лорелей.

— Пару лет. Ты родилась в этом доме. Вон там, — она указала на щипец на втором этаже рядом с башней.

Лорелей была потрясена и растеряна от очарования Хелен. Ее мама не говорила ей, что она родилась в Массачусетсе, что она вообще жила где-то, кроме Колорадо. Разве дети не должны были знать, где родились?

— Не будем стоять на холоде, — сказала Хелен. — Идем внутрь, я угощу тебя чаем.

Она не успела ответить, Хелен открыла алую дверь и пересекла порог. Лорелей прошла за ней в дом. Хелен забрала пальто Лорелей, стряхнула с него снег и повесила рядом с дверью. Прихожая была большой, с высоким потолком и большой деревянной лестницей. Внизу перил лестницы была деревянная фигурка женщины, ее тонкая фигура и грудь были воплощением женской красоты, но лицо было потертым, черты пропали. Они прошли на кухню через кирпичную арку, и Хелен отвела Лорелей к большому дубовому столу, выдвинула стул.

— Устраивайся, — сказала она. — Будь как дома. Я поставлю чайник.

— Красивый дом, — сказала Лорелей. — Давно вы тут живете?

— Делуа владели этим местом, этим домом, сотни лет, — Хелен наполнила чайник водой и поставила на газовую плиту. — Наша история тянется далеко в прошлое.

— Я не знала, что у нас есть семья тут.

— Но мы тут. Мне жаль, что мы плохо оставались на связи, — Хелен прошла к буфету, вытащила две большие чашки. Она опустила в каждую по чайному пакетику, принесла их на стол, двигаясь так изящно, словно она парила по комнате. Плавным движением она села рядом с Лорелей. — Мы можем забрать твои вещи через пару минут, сначала тебя нужно согреть. Комната готова для тебя. Надеюсь, тебе понравится.

— Спасибо. Очень приятно, что вы разрешаете мне остаться тут.

— Ты можешь оставаться, сколько пожелаешь. Место есть.

Лорелей улыбнулась. Кухня была уютной, пахло свежим хлебом. Медные кастрюльки свисали с потолка над плитой, над рабочим пространством стену покрывала голубая и зеленая плитка мозаики.

— Ты успела увидеть город по пути? — спросила Хелен.

— Немного. Только главную улицу.

— Мы покажем тебе город. Может, Ди отведет тебя посмотреть на гавань завтра.

— Ди?

— Дейдре — одна из наших кузин. Она живет тут со мной и моей племянницей Каллиопой. Они должны прибыть через пару часов, и мы вместе поужинаем.

Чайник засвистел, и Хелен встала. Горячая вода за секунды полилась в чашку Лорелей. Запахло корицей, пар согрел лицо Лорелей, она подула на чашку. Чай был идеальным — горячим, пряным и ароматным.

— Ты голодна? Тебя чем-нибудь угостить? — спросила Хелен.

— Нет, я в порядке. Спасибо.

Лорелей потягивала чай, а Хелен устроилась на стуле и скрестила ноги.

— Как поездка?

— Долгая, но дороги нормальные. Льда почти не было.

— Хорошо, — Хелен заметила пустую кружку Лорелей. — Еще чаю?

— Нет, спасибо. Мне хватит.

Хелен встала, забрала чашки и ополоснула их под краном.

— Я покажу тебе твою комнату, чтобы ты могла там устроиться.

Лорелей прошла за Хелен в прихожую и поднялась по главной лестнице. На площадке была другая комната с желтыми мягкими креслами, кожаным диваном и стеллажом с книгами, встроенным в стену. Большой каменный камин меж двух больших окон был с огоньком, что плевался искрами, но не хотел становиться угольками. Окна закрывали длинные синие шелковые шторы, но за ними Лорелей заметила море.