Шрифт:
— Вы все умрёте, — прошипел он. — Умрёте, глупцы, — он расхохотался.
Ристон быстро выбежал вперёд, словно пытаясь преградить колдовству путь. Из воздуха соткались синие шипы и, повинуясь движению дэлохна, понеслись на людей. Ристон выставил перед собой посох и первые шипы разлетелись, наткнувшись на невидимый щит.
Колдун вновь расхохотался, воздух задрожал от творимой волошбы.
Мэтжер не спеша подошёл к Ристону, коротко глянул на старика и встал перед ним.
— Ещё один герой? — усмехнулся дэлонх.
Мэтжер поднял меч, багровый клинок вспыхнул алым пламенем и превратился в пепел, он спокойно отряхнул руки и расправил плечи.
— Кто ты? — прошипел колдун. Он медлил, ледяные шипы неподвижно висели в воздухе
— Тот, кто оборвёт твоё существование. Тебе не место в этом мире, — произнёс Мэтжер.
Вокруг освещённого светом костра пространства всколыхнулись и поплыли чёрные тени мрака. Тьма словно ожила и подступила так близко, что можно было спиной почувствовать холод и пустоту небытия. Страх. Это был страх, обволакивающий со всех сторон.
Лицо колдуна передёрнулось.
— Тебе тоже!
Он взмахнул посохом, и десятки шипов полетели в сторону людей. Мэтжер выставил им навстречу раскрытые ладони, шипы со звоном разбились о вспыхнувший зелёным светом воздух. Колдун яростно взревел, из его руки вырвался искрящийся луч энергии, ярким бичём прочертил воздух и ударил Мэтжера в грудь. Тот слегка отступил, поймал кончик луча ладонью и словно дёрнул колдуна.
Дэлонх заверещал, его сила видимым потоком полилась в руку Мэтжера. Было заметно, что он пытается сопротивляться, пытается прервать, установившийся контакт, но у него ничего не получается. Мэтжер медленно к нему приближался, когда расстояние сократилось до двух шагов, колдун упал на землю и затрясся в конвульсиях. Поток энергии иссяк. Мэтжер стоял над его телом и просто смотрел, в его зелёных глазах полыхали яркие искры, словно в них отражалась выкачанная из колдуна сила.
Дэлонх несколько раз вздрогнул и затих, Мэтжер направил на него раскрытую ладонь, яркая вспышка света накрыла скорчившееся тело, а когда погасла, на месте трупа осталась горстка пепла. Он поднял голову, окинул всех ледяным, странно безжизненным взглядом и коротко скомандовал.
— Собирайтесь, уезжаем отсюда.
Часть 2. Дорога
Глава 2.1
Есть тысячи дорог, ведущих прочь,
Есть тысячи дорог, воспевших ночь.
Мой путь один,
И в нём луна вновь улыбается без сна,
Теперь она мне госпожа,
Я раб её, в ночи слуга…
Время близилось к рассвету, но низкие чёрные тучи, висевшие почти над головами, делали сумрак настоящей тьмой. Тяжёлой, безрадостной и непроглядной.
Лошади трусили тихой рысью, уставшие, как и всадники, после бешеной скачки, продлившейся всю ночь. Мэтжер возглавлял их маленький отряд, Ярси ехал замыкающим. Он видел, что люди с трудом сидят в сёдлах, полноценного отдыха не получилось, не удалось поспать и даже поужинать, и сейчас они держались из последних сил.
Люди. Он поймал себя на мысли, что больше не относит себя к людям, себя и Мэтжера. Людьми были лишь трое из них. Их запах щекотал его ноздри, он слышал, как бьются их сердца, чувствовал, как очень близко по их венам бежит горячая кровь… Разум мутился просто от того, что он смотрел на них, ощущения яркими всполохами рвали сознание, перед глазами вставал багровый туман. Добыча слишком близко…. Рядом…. И столь желанна….
Ярси потёр лицо рукой, отгоняя наваждение, и с силой сжал пальцы на рукояти меча, даже сквозь одежду и ножны, холодившего его бедро. Безумие. Его время слишком быстро исчезает.
Невыносимо хотелось оглянуться, встретиться взглядом с теми, кто тенями сопровождает их от последней стоянки. Он слишком ясно чувствовал их присутствие, знал, что они движутся не по дороге, а за рядом деревьев, но это ничего не меняло. Они были, они следовали за ними, вернее за Ним.
Когда небо начало светлеть Ристон немного отстал и поравнялся с Ярси, Элена встревожено оглянулась, но старик лишь покачал головой. Девушка с тоской посмотрела на своего жениха и отвернулась.
— Ты очень сильно изменился, — начал Ристон.
Ярси кивнул и поморщился, ему бы хотелось находиться намного дальше от любого из людей.
— Кто ты Ярси? Кем ты стал?
— Неважно.
— Неважно?! На тебе огромная ответственность, и ты говоришь неважно? Неужели ты так и остался неразумным ребёнком?
Ярси криво усмехнулся и посмотрел на старика, его глаза блеснули мертвенным светом. Ристон вздрогнул.
— Знаешь, мне бы очень хотелось оставаться ребёнком, но детство закончилось в тот момент, когда за моей матерью закрылись двери фамильного склепа. Да, я изменился, Ристон, и тебе не понравится то, кем я стал.