— Ты — Вершитель, — уже с другой интонацией повторил Гисли. — Что мне тогда делать? Какой тогда смысл в моём существовании, в борьбе за чистоту помыслов Светлых магов, во всём, если ты Вершитель? Таких, как ты — судить и казнить. Ты, и Вендела, и Криззен, а вас щадят…

— Шаг к объединению магов сделан, и давно, — ответил Роз. — Не надо истерики по этому поводу. Орден на моей стороне, а я на стороне Ордена. Жан Фибьен ещё не смирился, но скоро и он примет это.

Он даже бровью не повёл, а пистолет вылетел из руки Гисли и улёгся на стол. Чезаре оперся на столешницу задом и мрачно посмотрел на Эдварда.

— Итак, ты подал знак и ты призвал Вершителя. Что дальше?

— Я действительно думал накрыть их всех, — Эдвард мотнул головой в сторону окна. — Может, их и ещё прибудет. Разве наша задача не поймать как можно большее количество незарегистрированных Тёмных? Вот они все тут, как на ладони.

— А умертвие, так и быть, пусть идёт лесом?

— А разве сил Вершителей не хватит, чтобы остановить его? — изумился Гисли.

— В том-то и дело, Эдвард, — почти задушевно сказал Роз, — что это сейчас может лишь один человек. Так уж сложилось.

— Но почему?!

— Потому что он инициировал Великого Мёртвого, по его вине сдерживающие его силы распались, потому что, в конце концов, никто его за язык не тянул, когда он сказал, что принимает жертву! — Чезаре явно сердился на Дарда, и тут уж Эдвард его поддерживал.

Некромант казался ему малахольным. И слабым.

— Жидковат он, чтобы быть избавителем всея Тирны, — сказал он. — Вот ты — другое дело, эн Роз.

Но Чезаре на лесть не поддался.

— Ты под арестом, Гисли. На твою комнату наложат необходимые чары прямо сейчас. Не смей мешать происходящему. Не пытайся влиять на людей вокруг тебя. Иначе…

Гисли осклабился.

— Что?

— Иначе я убью тебя. И попрошу Дарда сделать из тебя, как он выражается, жив-курилку. Будешь под его началом рыть канавы.

Чезаре хлопнул дверью, уходя. Эдвард с удовольствием его самого этой дверью бы прихлопнул… да, видимо, придётся перетерпеть ещё парочку визитов мага ложи Боли, чтобы потом наконец твёрдо встать на ноги.

Объединение. С кем? С Тёмными? С магами, враждовавшими с Орденом Отражений уже больше двухсот лет? Забыть все их прошлые прегрешения, подлости, предательства, убийства? Разве не пытались маги объединиться семьдесят лет назад? К чему это привело? К террору. А потом к зачисткам, слежкам, облавам, арестам, казням.

Сам институт дознавателей на этом вырос. И Комитет на этом поднялся. А теперь что же? Всему конец?

Эдвард зарычал, с огромным трудом поднялся на ноги, опираясь на спинку кровати, и снова посмотрел в окно. Улица превратилась в импровизированный плац. По ней маршировали простаки, присланные магами ложи Власти. Отряд некромантов тренировался рубить головы упырям на соломенных чучелах. Мальчишка Тоби куда-то бежал, сжав штыковую лопату в руках. Хелли Рэй с отвратительно раскрашенным синей и белой краской смуглым лицом стояла, скрестив руки на груди, и следила, как добрый десяток стихийников перетаскивал по воздуху огромные куски скал для укрепления ворот крепости.

Ах да, умертвие. Или, как они говорили, Великий Мёртвый. Якобы сама Смерть против него — вон, созвала некромантов под начало Дарда. Только что-то мало кого она позвала — основное количество людей пришло уже на зов других, так ведь?

Гисли увидел, как Чезаре Роз, только что вышедший из гостевого дома, устремился к пестро одетому, улыбчивому некроманту по имени Агне Йозеф, который только что вылез из маленькой палатки, разбитой возле дома. Маги о чем-то кратко переговорили, и Чезаре хлопнул Йозефа по плечу. Затем он достал кисет, трубку… отсыпал некроманту табаку, и оба закурили от одной спички.

Они знакомы, вот что, подумалось Эдварду.

Йозефа радостно приветствовали некоторые из магов ложи Смерти — как раз почти все те, которые были с Дардом в лесу. Лэмб Такер, Хелли Рэй, молчаливый Руд и спорщик О`Шей, и юная Бертина Хэмптон-Уиллерт…

Гисли вздрогнул. Как-то он раньше не задумывался о том, кем может приходиться Бертина Хэмптон-Уиллерт духу-подселенцу Каю Хэмптону Уиллерту. Тем временем в госпитале Мармален, одержимый духом этого некроманта, говорил что-то о явлении ему Смерти. Говорил! И Томас Франкотт, хорошо знакомый с Йозефом, тоже. И его сын…

Также, судя по всему, Агне знался и с Дардом, а, стало быть, вся эта шайка могла мистифицировать остальных, нагнетая чувство опасности. С умением Чезаре пользоваться мыслесвязью они, пожалуй, могли и в головы им залезть… Изобразить каким-то образом Смерть, направить магов к Дарду… внушить, что всем грозит опасность от Великого Мёртвого. Полноте, чтобы куча некромантов, да и вообще магов, не могла справиться с одним-единственным дохляком? Нет, увольте. Йозеф и Роз просто влезли в головы людям и внушили им, что умертвие ужасно и опасно. Они наверняка хотят просто перетащить всю силу и власть этого Великого Мёртвого да преумножить её — используя при этом кого-то из приближённых. А слабого и безвольного Дарда Чезаре и Йозеф выбрали, чтобы им было удобнее управлять. Самим-то небось просто страшно стать такими вот… ни мёртвыми, ни живыми. Или и живыми, и мёртвыми одновременно.