Перед тем, как надеть, повертела платье в руках, но ничего нового не заметила. Странно, и зачем Стас его забирал тогда?

— Рита, давай быстрее! Костя с Тимуром уже приехали! — крикнула из коридора Мила.

— Минуту! — выкрикнула, выполняя требование.

Только открыла дверь, как наткнулась на Андриянова, закрывающего проход. Караулил меня что ли?

— Телефон твой где? — хмуро спросил он.

— Ой, забыла! Сейчас, — вернулась и схватила гаджет, лежащий на прикроватной тумбе.

— Сюда давай его, — потребовал Стас.

Ничего не понимая, вложила трубку в протянутую руку. Настрой Андриянова мне совсем не нравился. Сегодня он с утра какой-то дерганный, нервный. А в черном костюме его вид стал еще строже, чем обычно. Взгляд пристальный, цепкий и смотрит так, что хочется забиться в угол и не показываться ему на глаза.

Стас подошел вплотную ко мне, наклонился и медленно…расстегнул молнию? Так вот, что он сделал! Оказывается, у меня теперь есть скрытые карманы в юбке. А я даже не заметила.

— И не вытаскивай его оттуда, — приказал мужчина и положил в карман айфон. — И еще… — достал из брюк перцовый баллончик.

— Ты серьезно? — округлила глаза, считая, что это уже перебор.

— Как никогда. Для этого у тебя есть второй карман, — строго ответил Стас и сам засунул оружие мне в юбку. — Ты все помнишь, чему я тебя учил?

— Да, я помню. Ты перегибаешь…

— Рит, пожалуйста. Мне так будет спокойнее, а тебе безопаснее, — взяв меня за плечи, выдохнул Андриянов. — Ты невероятно красивая!

— Спасибо, — сразу смягчилась и смущенно улыбнулась. — Ты тоже. Такой статный, красивый, соблазнительный и весь мой, — промурлыкала, подаваясь вперед.

— Эй, голубки! Вы не на обнимались еще?! Мы опаздываем! — прервала нас на самом интересном Сатинская.

— Ночью наверстаем, — жарко шепнул на ухо Стас и, положив ладонь мне на спину, вывел из комнаты.

Девчонки уже обували туфли и весело переговаривались между собой. Вероника повернулась ко мне и тепло улыбнулась, одобряя мой вид. Я кивнула ей, возвращая молчаливый комплимент. Она, как всегда, выглядела скромно, но ее красоту это совсем не портило. Волосы она разгладила утюжком и оставила распущенными. На лице минимальный макияж. Очень красивая, но холодная, отстраненная. Сестренка храбрилась при всех, не показывая своих чувств, но я знала, что очередное предательство Сергея больно ударило по ней. Скорее всего, именно поэтому она выбрала закрытое платье и не стала придумывать к своему образу что-то оригинальное и яркое. Ника не хотела привлекать к себе внимание. Да что там говорить? Она бы и на вечер не пошла, если бы не обещала мне. Но я очень надеялась, что сегодня она развеется и почувствует себя лучше. Вся надежда на Пашу.

Близнецы ждали нас на улице. Они стояли возле своих машин, о чем-то разговаривая. Оба в белых рубашках, с расстегнутыми двумя верхними пуговицами, и черных брюках. Я сразу поняла, кто из них Костя. Увидев Милу, он замер на месте. Его взгляд зажегся восхищением. Парень в одно мгновение оказался возле девушки и застыл, любуясь ей.

— Моя красавица, — словно не веря в свое счастье, просипел Костя. Казалось, он даже прикоснуться к ней боится. — Может, ну его этот вечер, а? Не хочу, чтобы все на тебя пялились.

— Зато тебе будет некогда на других пялиться, — съязвила Мила в своем репертуаре.

— Я уже давно пялюсь только тебя, моя, — обхватив ее за шею, Костя, прижался к ее лбу своим и улыбнулся. — Поехали?

Сатинская, смущаясь, закивала. Мы все картинно отвернулись, чтобы не мешать влюбленным. И только Тимур не разделил всеобщей тактичности и громко напомнил о том, что нам нужно ехать.

Мы решили оставить сладкую парочку наедине и уселись в машину к Тимуру. Дорога заняла три часа, так как благотворительный вечер проводился в особняке учредителя фонда, предназначенного специально для таких мероприятий.

Мы приехали одни из первых. Все гости были приглашены к семи вечера, но сотрудники фонда и участники аукциона должны были быть на месте к четырем.

Я еще никогда не бывала на таких вечерах, поэтому дико волновалась. Тем более, столько сил потратила на подготовку и очень боялась, что что-то пойдет не так.

Как только мы въехали в ворота, сразу стало понятно, что в особняке идут последние приготовления к грандиозному вечеру. На небольшой сцене готовились к выступлению приглашенные группы. Нанятые официантки протирали столы и укрывали их белоснежными скатертями. Ставили миниатюрные вазы с цветами. Повсюду красовались стенды с информацией о детишках, нуждающихся в помощи, и белые урны для пожертвований.

Пока мы шли ко входу в особняк по дорожке из белого камня, чувствовала себя чуть ли не героем. Ведь я причастна к большому и важному делу: сегодня многие больные детки получат шанс на выздоровление. Жаль только, что сегодня также и закончится моя деятельность в этой сфере.

На пороге нас встретила Лилия Арнольдовна. Менторским тоном она раздавала указания сотрудникам. Увидев нас, она тут же отправила Милу со Стасом к остальным участникам аукциона, чтобы их как следует подготовили и провели последний инструктаж. Странно, но никаких красноречивых взглядов в сторону Стаса я не заметила. Наверное, Грымза слишком нервничала, поэтому ей было не до него.