— Воларцы хотят уничтожить твою родину. Но их война далеко отсюда.

— Ваша лесная сестра видела сердца тех людей. Они не удовольствуются моей родиной. Я видел, что они сотворили с народом льдов. Воларцы заберут все, до чего смогут дотянуться. Заберут у сеорда, у лонаков и у вас.

— Если мы теперь отдадим тебе наших юных воинов, свет и надежду племени, сколько из них вернётся назад?

— Не знаю. Многие погибнут, не могу отрицать этого. Но я знаю одно: рано или поздно эорхиль придётся сразиться с воларцами — либо здесь, в сердце ваших равнин, либо там, в моей стране.

— Чтобы достичь Королевства, нам придётся ехать через лес. Думаешь, сеорда разрешат тебе?

— Я полагаю, они прислушаются к словам слепой женщины.

— Ты её видел? — Теперь уже вздрогнула его собеседница.

Прищурившись, она напряжённо посмотрела на Ваэлина.

— Не только видел, но и говорил с ней.

Губы женщины исказились, Аль-Сорна видел, что она борется со страхом. Наконец она поднялась, пробормотала: «Неправильное имя мы тебе дали», — и направилась к своему народу, бросив через плечо:

— Мы пойдём с тобой.

— Му-дра-я, — медленно, по слогам прочитал Ваэлин.

— Хорошо! — похвалила Дарена. — А это? — Она провела кончиком пальца по следующему слову.

— «С» и «о»... со-глас-на. Согласна?

— Отлично, милорд, — улыбнулась советница. — Через каких-нибудь две-три недели вам больше не понадобится моя помощь.

— Сильно в этом сомневаюсь, госпожа. — Ваэлин откинулся на сиденье и зевнул.

Вечерняя строевая подготовка далась нелегко. Многие новобранцы всё ещё путали «лево» и «право», их неуклюжесть усугублялась усталостью от дневного перехода. Но раз уж они собирались сразиться с сильным и дисциплинированным врагом, выбора «тренироваться или отдыхать» у них не было.

Войско покинуло берега озера четыре дня назад, продвигаясь всё дальше на юг, к лесу, до которого осталось около недели пути. Всадники эорхиль разведывали путь. Дарена волновалась по поводу предстоящей встречи с сеорда, и Ваэлину пришлось её успокаивать, хотя его голос звучал куда более уверенно, чем он чувствовал на самом деле. «Думаешь, достаточно сказать им, что ты встретил слепую женщину из далёкого прошлого, и они примут тебя с распростёртыми объятьями? Нет, ты действительно полагаешь, что все будет так просто?»

Однако песнь крови не менялась: путь в Королевство лежал через лес, и точка. Так что Ваэлин вёл вперёд свою армию, тренировал её по два часа утром и вечером, переносил ропот и сомнения капитанов, а перед сном вдобавок проводил целый час с госпожой Дареной, обучаясь грамоте.

Но чем больше он учился, тем больше ему это нравилось. Стихи, которым его пыталась когда-то научить мать, сделались вдруг понятными. Как и звенящая пустота катехизиса, воплощённого в чернильную вязь. Он по-новому оценил силу и красоту дара, которым владел брат Харлик: этот дар позволял держать в голове целую библиотеку.

Дарена сидела вместе с ним за походным столиком, дописывая официальный договор о союзе с племенем эорхиль, который включал пункт о не запрошенном праве племени на бессрочное владение северными равнинами. Подобный договор должен быть утверждён монархом Объединённого Королевства. На случай, если вдруг выяснится, что династия Аль-Ниэренов прервалась, Ваэлин приказал брату Харлику составить список возможных претендентов на престол. В нём оказалось всего четыре имени.

— Во время эпидемии «красной руки» король Янус потерял почти всю семью, — объяснил Харлик. — Выживших основательно проредили войны за объединение. Здесь, — он помахал листком, — последние оставшиеся в живых родственники. По крайней мере те, кто был жив несколько лет назад, когда я убрался из Королевства.

— На кого стоит сделать ставку? — спросил Ваэлин.

— Лорд Аль-Пернил, — сказал Харлик, перечитав список. — Знатный коневод. Если, конечно, он ещё не помер. Милорд, вам следует предусмотреть возможность того, что ни одного из рода Аль-Ниэренов не осталось на свете. В этом случае придётся прибегнуть к другим средствам.

— К каким?

— Королевство без монарха — не Королевство. Во времена смуты люди стремятся сплотиться вокруг сильного человека, способного повести их за собой. И неважно, какой он крови или звания.

— Ещё одно честное и бескорыстное намерение, брат? — Ваэлин пристально взглянул в глаза старика, пытаясь разгадать, не замышляет ли он вновь какую-нибудь пакость.

— Всего лишь наблюдения начитанного человека, милорд.

— Раз так, ограничьте свои наблюдения предметом, о котором я вас спрашиваю. — Аль-Сорна подошёл к разложенной карте и нашел на ней Алльтор. Песнь крови зазвучала с особенной силой, как и всегда, когда он вспоминал о Риве. С некоторых пор мелодия изменилась: к привычной страстности добавился зловещий контрапункт. «Они пришли за ней, — подумал Ваэлин. — Но она не станет отступать».