Она слегка кивнула, по-прежнему не в силах что-либо сказать.

– Я искал тебя, – хриплым голосом сказал Лейс. – Я искал тебя все это время.

Он порывисто обнял Лэа.

– Ты не убежишь от меня в этот раз. Я отправлюсь с тобой хоть на край света… о, великая Эаллон! Как я счастлив, – говорил он, по-прежнему сжимая девушку в объятьях.

– Лейс! – раздраженно воскликнул бородатый детина. – Продолжаем выступление!

– Эхнат! Ты не понимаешь! Это же Лэа ун Лайт! Она лучшая из выпускниц Логи Анджа! Она ищет…

Лэа болезненно наступила Лейсу на ногу.

– … лучших бойцов Элатеи, чтобы сражаться с ними, доказывая свое воинское мастерство! – во время подправил свою речь Лейс. – Я предлагаю соревнование!

– Лейс! – возмущенно крикнула Лэа. – Какое соревнование?!!

Но он не слушал и уже тянул ее за собой на помост.

Зрители ревели, приветствуя новую акробатку.

– Ну ладно… – лукаво сказала Лэа. – Сам напросился.

Она расшнуровала ботинки и легко вспрыгнула на лезвие. Она должна была сделать что-то такое, чтобы побить Лейса, что он не смог бы повторить.

Внезапно ей пришла в голову бредовая идея, и она пожалела, что не надела легкую расшитую рубашку, которую ей так настойчиво предлагала Рут.

– Менестрель! – крикнула она ближайшему барду. – Музыку!

Она не умела танцевать, но сегодняшний вечер что-то изменил в ее сознании.

Она танцевала. В первый, а, возможно, и в последний раз в жизни. Она сливалась с песней, плавно двигаясь в такт и покачиваясь на волнах музыки.

Лэа улыбалась. Улыбалась Лейсу, который смотрел на нее с восхищением, и в глазах его все читалось, как в открытой книге, улыбалась восхищенным зрителям, бородатому детине, хмурившемуся новой выходке Лейса, улыбалась маленькой Рут, улыбалась самой себе и всплывшем в сознании родителям, Таир, Райту, Акфилэ…

Музыка стихла, повиснув на дрожащей ноте. Лейс подал Лэа руку, помогая спуститься с помоста под громовые аплодисменты зрителей. Лэа с удовольствием отметила, что ей аплодируют не менее громко, чем Лейсу, значит, навыки она не потеряла.

– Ты восхитительна, – Лейс не мог скрыть восхищения. – Нет, правда, ты необыкновенная. Я уже много лет путешествую, но еще ни разу не видел девушки, которая превосходила бы в чем-то тебя.

– Лейс…

– Нет, послушай. Я вижу, ты сильно изменилась, с тех пор, как ушла. Но я остался прежним. Я такой же, как и семь лет назад. Тогда, в день нашего расставания…

– Лейс, – прервала она его решительным голосом. – Все, что было между нами, было прекрасно. Но это было давно. Ты по-прежнему дорог мне, и я очень хочу, чтобы ты отправился вместе со мной… но пусть наши отношения останутся крепкой дружбой…

– Ты все еще ищешь его, Лэа?

Она кивнула и опустила глаза.

– Я видел его.

– Что?! – Она резко вскинула голову, непроизвольно схватившись за рукоятку меча. Волосы взметнулись сине-черной лавиной, обнажая серебряную рукоятку и часть великолепного лезвия.

– О, Лэа.… Так ты добыла его? – выдохнул Лейс.

– Есть много вещей, которые нам надо обсудить.

Она потащила его в сторону, в небольшую ярко освещенную таверну, с большой красочной вывеской, на которой был изображен аппетитный кусок свинины на белом блюде, украшенный зеленью с поднимающейся струйкой дыма.

Бросив трактирщику монету, чтобы не беспокоил, Лэа увлекла Лейса за самый дальний полутемный столик.

– Рассказывай, – велела она, выкладывая меч на стол. – Я не могу ждать не минуты.

Лейс глубоко вдохнул, собираясь с мыслями.

– Полгода назад, может быть, чуть больше, я вместе с Эхнатом направлялся на роккамском корабле в Соллос с одним почтенным мореплавателем. Мы купили лучшую каюту, поэтому не ходили на ту часть корабля, что отдана беднякам и наемникам. Но в самую свою первую ночь, когда я еще плохо ориентировался на корабле, мне понадобилось выйти по малой нужде, и я случайно забрел на ту часть корабля, где путешествовали наемники. Там, в кругу света масляной лампы, сидели несколько человек. Они передавали из рук в руки большую кожаную флягу, увитую ремешком. Они разговаривали. Один из них сидел ко мне спиной, и на затылок у него была сдвинута волчья маска с ощерившейся пастью. Волосы у него были темные, фигура мощная, голос тяжел и нетороплив. Собеседники называли его Джером. Они говорили… – Лейс закрыл глаза, вспоминая разговор, шедший той ночью. – Они говорили, что Лога Анджа просто сборище глупцов и неумех, раз они отказали Джеру. В чем – я не знаю.

Лэа скользнула взглядом по татуировке Лейса – те же синие скрещенные мечи, перевитые раздвоенным языком.

– Ему нужен был статус… возможность получать больше денег, требовать от господ большую плату… когда его спросили, что он теперь будет делать, Джер сказал, что хочет навестить своих родителей в Соллосе. Мать и младшего братишку. Оставить им монет. Он сказал, что их развалившаяся хижина на реке Люс никуда не годится, поэтому он выкупит им дом в Мистурге, а затем отправится вниз по реке в Мистург, наемничать.