– До встречи на NT-3461

– Нет, мы сможем видеться только здесь у меня.

– Почему?

– Последние годы я была на NT-3461 только ради тебя. Теперь в этом нет необходимости.

– Но ты не окончила консерваторию.

– Да, не окончила. Извини. – Габи улыбаясь, смотрела на него, – До свиданья, любимый.

– До свиданья.

С новым чувством он приступил к работе. Нужно все как следует обдумать, действительно придти в себя после того, как на него обрушилось столько новых впечатлений. А главное – выяснить обстановку. Он вызвал Шарлоту. Из ее доклада следовало, что за время его отсутствия ничего особенного не произошло. Он по-прежнему Генеральный директор и вице-президент. Шарлота лишь выражала удивление, почему его телефон двое суток не отвечал.

– Вызови ко мне первого заместителя концерна.

Доклад первого зама тоже не содержал ничего тревожного. За эти два дня на концерн никто не наехал. Он позвонил Габриэле. С родителями все было в порядке, сама Габи была, как и ожидалось, в отъезде. Как ни странно, все было спокойно.

Семен сосредоточился на концерне Прометей, желая лично убедиться в том, что дела идут нормально. Постепенно, словно сквозь туман проступали размытые картины. И, наконец, Семен увидел весь концерн как единое целое и понял, что без труда сможет различить любую его часть, от большого подразделения до работы отдельного сотрудника. Концерн работал безупречно, как мощный слаженный улей.

Ничто не предвещало грозы. Неужели его оставили в покое? Не может быть. После первой неудачной попытки его ареста Управление должно наехать на него снова.

– Президент на связи.

– Слушаю, Яронский.

– Зайди немедленно ко мне.

Началось. Собственно, что началось-то? Краткое резковатое обращение Президента – его обычная манера делового общения. И Шарлота не сказала «господин вице-президент», значит, и она ничего не заподозрила.

Семен сосредоточился на Управлении. И там все было спокойно. Во внутренней полиции Управления, казалось, вообще забыли о Семене. Неужели Президент решил учинить ему еще один допрос, чтобы узнать, где он пропадал двое суток? Как говорится, двум смертям не бывать, а одной не миновать.

– А ну, двое из ларца одинаковы с лица.

Два робота-телохранителя бесшумно появились за его спиной.

В кабинете Президента они снова были вдвоем. Семен, как обычно, доложил оперативную обстановку. Президент поблагодарил за обстоятельный доклад. Секретарша принесла кофе. Ну, нет, сегодня этот номер не пройдет. Семен тщательно сосредоточился. В кофе наркотика не было. Он отпил из чашки, демонстрируя Президенту, что он ему доверяет.

Вдруг Президент резко отодвинул от себя чашку с кофе.

– Теперь о главном. Вице-президент Управления, второе лицо во Вселенной, крадет из тюрьмы заключенного. Ты что забыл свои права? Почему нельзя было воспользоваться президентским правом и освободить заключенного под залог? Может быть, ты объяснишь мне, что все это значит? Молчишь, не доверяешь старику.

– Прошлый раз мне здесь вкатили десятикратную смертельную дозу наркотика.

– Доза была вычислена на компьютере. Ты можешь выдержать в три раза больше. Я очень испугался после публикации книги. Почему ты не пришел ко мне посоветоваться, где опубликовать твою книгу? Ты думаешь, что мы все бездумно запрещаем? Тебе лучше, чем другим известно: наша главная цель, – благосостояние всего человечества. И вместо вдумчивого отношения к делу ты откалываешь одну мальчишескую выходку за другой, вынуждая меня применять крайние меры. Полюбуйся, пожалуйста.

Семен увидел Роберто в маске, бегущего по внутренним коридорам тюрьмы. Вспышки от ударов плети сливались в сплошное голубоватое мерцание, во все стороны летели обломки мебели, щепки и кирпичи, падали парализованные охранники.

– Ни одного убитого и убытков всего на десять миллионов долларов. Ты знаешь, как он открыл камеры предварительного заключения? Одним скользящим ударом плети он вышиб все двери в коридоре и никого не покалечил. Так виртуозно владеющих плетью можно перечесть по пальцам одной руки. Сказать тебе кто это? Это Роберто из отдела Марка.

По спине Семена забегали мурашки, – он не позвонил Роберто!

– Успокойся, о том, что это Роберто, знаю только я. Еще я знаю, куда ты переправил Петерса, положив на его имя двадцать миллионов долларов своих личных денег. Все тайное рано или поздно становится явным. Наивно думать, что пять миллионов комиссионных обеспечат тебе полную конфиденциальность. Я знаю больше. Петерса нет там, куда ты его направил, и денег на его счете тоже нет.

– Как нет?

Семен сосредоточился на Петерсе. Он был там, где ему и положено было быть, только его закрыли мощным ментальным щитом красные плащи. Спасибо тебе, Габи.

– Ты не так прост, как кажешься. Ладно, все останется между нами. Тебе только придется покрыть убыток в десять миллионов со своего личного счета. Думаю, что эта не очень значительная плата тебя немного вразумит.

Президент придвинул к себе чашку и, как ни в чем не бывало, принялся за кофе, давая Семену возможность обдумать положение.

Что он задумал? Очевидно, что сотрудники внутренней полиции доложили Президенту, кто освободил Семена, значит, он знает, что Семен был у красных плащей. Не похоже, что ему нужна информация о красных плащах. Здесь что-то другое. Думай, Сема, думай. Красные плащи – это пока что соринка в глазу, мешает, но терпеть можно. Численность их каждые шесть лет удваивается, и в обозримом будущем может сравняться с численностью остального человечества. И вот тогда прощай наша малина. Чем раньше их прижать к ногтю, тем лучше.