— Ну, же, скорее… — Пробормотал сидящий рядом с Виталием Иван. — Таким темпом я к концу списка поседею.

Виталий чувствовал то же самое. Его уверенность, которая появилась после разговора с начальником, улетучивалась с каждой минутой. Вон их сколько, достойных. И все хотят попасть в этот список.

— Тарасова Анна Сергеевна, медик.

Статная молодая женщина с короткой стрижкой, поднялась со своего места, принимая поздравления коллег, и легкой походкой прошла к команде. Симпатичный брючный костюм выгодно подчеркивал ее красивую фигуру.

— Дааа, с таким медиком никакая болезнь не страшна. — Задумчиво протянул Иван, оценивающе оглядывая фигуру девушки. — Если войду в команду, хочу, чтобы она меня лечила… — Иван подмигнул Виталию, скрывая за шуткой нервозность ожидания.

— Гумилев Андрей Александрович, летчик-космонавт.

С того ряда, на который до этого обратил свое внимание Виталий, поднялся высокий темноволосый мужчина, лет тридцати — тридцати пяти. Гордо подняв голову, с серьезным выражением лица он прошел к помосту, почти чеканя шаги. Сказывалась военная выправка.

Почти половина команды оглашена.

— Федоров Николай Иванович, технический специалист.

С рядов, где расположились техники, послышались шумные поздравления и похлопывания по спине. Виталий хорошо знал Николая, с которым непосредственно работал при проектировании корабля. Хороший выбор. Довольно шумный балагур, при работе он превращался в серьезного, полностью сконцентрированного человека, которому известны самые тонкие нюансы в своей сфере.

— Сергеев Иван Валерьевич, ксенолог.

Облегченно выдохнув, Иван радостно вскочил с кресла и с улыбкой пробрался сквозь ряды. Счастливчик. Виталий, порадовавшись за друга, тем не менее, ощутил легкую зависть его возможности первым встретиться с другой расой.

— Королев Александр Сергеевич, специалист по вооружению.

С того же ряда, с которого вышел Гумилев, поднялся высокий мужчина. По его телосложению было понятно, какой физической силой он обладал.

— Шогонин Виталий Георгиевич, исследователь.

Да! Я попал! Я в команде! Виталий постарался спрятать ликующие мысли за невозмутимым выражением лица, но, скорее всего, у него ничего не получилось. Стоило перевести взгляд на Ивана, который радостно улыбнулся ему с помоста, как на лице в ответ расплылась счастливая улыбка. Да и кто его будет осуждать? Ведь он будет один из первых людей, которые не только посетят далекую незнакомую планету, но и познакомятся с другой расой. Виталий поправил костюм и прошел по рядам.

— И, наконец, Васильев Виктор Евгеньевич, полковник, руководитель всей группы.

Из сидящих за столом президиума, поднялся моложавый мужчина, лет этак сорока пяти. Подтянутая фигура, волевой взгляд и армейская выправка сразу выдавали в нем военного человека. Ровным и оценивающим взглядом он оглядел набранную команду и наклонился к микрофону.

— Поздравляю всех вошедших в состав команды. Прежде всего, вы должны понимать, что это честь — представлять человечество в первой встрече с другой расой. Но это также и большая ответственность. Несомненно, от этой встречи будет зависеть многое. Мы должны оправдать доверие, оказанное нам правительством. — Васильев замолчал, давая переварить информацию, затем продолжил. — Как нам известно, все вы обладаете различными навыками и блещете отточенным мастерством в своей сфере деятельности. Но предстоящее дело превышает весь накопленный вами опыт. Здесь требуется не только показать свои знания и достигнуть наилучших результатов, но также важно умение работать в команде. Мы должны стать единым организмом. Предстоящая операция грозит многими опасностями. Никогда еще человечество не забиралось так далеко в космос. Впервые будут использованы криокапсулы в реальности. И впервые человечество встретится с чуждой нам расой. Встреча эта беспрецедентна, никто не может предсказать ее течение и итог.

Васильев серьезно посмотрел на каждого члена команды, придавая еще больший вес своим словам. С самого начала было понятно, что это не просто увеселительная поездка, но после этой прочувствованной речи радостный настрой команды, который еще не прошел после оглашения списка, сменился на напряженное размышление и ожидание. Полковник же продолжил.

— И поэтому мы должны сделать все, что в наших силах, отрепетировать все возможные варианты развития событий. Следующие восемь недель мы будет прорабатывать все вероятные течения и направления этого полета. Запуск корабля планируется в двадцатых числах августа. Более точное время отправки пока засекречено. Полностью весь состав команды должен быть готов к отлету, начиная с пятнадцатого августа. Я думаю, мне не нужно говорить, что вся эта информация засекречена, и если вам нужно оповестить родных и друзей, то вам выдадут продуманную информацию о командировке в глухие районы Сибири.

— Интересно, если вдруг все сорвется, или встреча будет с печальным концом, и мы не вернемся, то я так понимаю, наши родные так и не узнают, где мы? — Тихо пробормотал Иван Виталию.

— Да. — Ответил Виталий так же тихо. — Однозначно, да.

Аэропорт. Все пространство вокруг было насквозь прошито чувствами людей, их эмоциями, мыслями. Здесь присутствовали и нетерпеливое ожидание отлета, и острое желание оттянуть горькое расставание. Ощущались и радость встречи, и тихая печаль прощания. Плотный сгусток эмоций, пронизывая все вокруг, клубился по всему зданию, сливаясь и создавая невообразимую мешанину трудноразличимых образов.

На разных планетах, во всех закоулках вселенной всегда одно и то же. Все цивилизации, у которых Нелея была в гостях в роли наблюдателя, по своей структуре мыслей и чувств очень напоминали кериой. Как бы чужды не были они по своему внешнему виду, поведению и обычаям, все составляющие души были очень похожи. Поэтому никогда не возникало сложности понять душу, прочитать мысли существа, считать его эмоции. Но при большом скоплении существ в одном месте и при сильном эмоциональном состоянии, все их мысли и чувства вырывались сплошным потоком, смешиваясь и раздробляясь на неправильные совокупности, которые невольно преломляясь, разбегались в разные направления. И что самое плохое в этом хаосе чувств, эти сгустки бесконтрольно вертелись вокруг, создавая постоянный фон из невнятного бормотания.