За годы учебы такие ситуации повторялись не раз, как-то ее выследила соседка по комнате, и на следующий день над Викой смеялся весь интернат. Но Ирина Георгиевна быстро пресекла издевательства, резко напомнив девочкам результаты соревнований. Насмешницы Вики застряли в конце турнирной таблицы, тогда как Вика была в лидерах. «Если из кого-то из вас и выйдет толк, то только из Савицкой», — заявила во всеуслышание Горгона, взрастившая двух олимпийских чемпионок и известная своей строгостью. Все девочки в интернате мечтали попасть к Горгоне, но она брала только самых перспективных.

Окрыленная похвалой заслуженного тренера, Вика не обманула доверия — выиграла следующие соревнования. Родной матери среди публики никогда не было. Вика понимала — внимание мамы нужно заслужить. Не так просто из обузы стать кем-то, заслуживающим восхищения и любви. Одних медалей по области мало.

В одиннадцать лет Вика получила мастера спорта. В тринадцать, когда ее взялась тренировать сама Горгона, выиграла чемпионат страны и прямо из раздевалки позвонила маме. Срывающимся от ликования голосом она сообщила ей о победе.

— Поздравляю, дочка. — На том конце повисла пауза, и сердце Вики замерло в ожидании. Вот сейчас мама, всегда такая немногословная и сдержанная, наконец скажет, как любит ее, как гордится ее успехом. — Надеюсь, тебе заплатят денег?

У Вики перехватило дыхание от горькой обиды. И это все, что мать ей может сказать сейчас? В день триумфа, к которому Вика шла столько лет, не жалея себя, превозмогая боль и травмы?

Из трубки донесся недовольный мужской бас. Мать недавно вышла замуж за своего клиента, которого обшивала в ателье, — грузного лысоватого толстяка. Вика на свадьбу не приехала — ей надо было готовиться к чемпионату.

— Мне пора, Боря вернулся. — И мать сбросила звонок, потеряв к дочери всякий интерес.

Вика медленно опустилась на скамью в раздевалке, до боли стиснула висящую на груди золотую медаль. Она так старалась ее заслужить, надеялась, что награда принесет ей любовь матери, но телефонный разговор в один миг обесценил ее победу… Вика сорвала ленту с груди, медаль выскользнула из рук, со звоном затанцевала по полу. Миг — и медаль проворно подхватила с пола гимнастка из их интерната, не прошедшая в полуфинал. Та самая, что хрустела под подушкой шоколадкой, а потом увидела ее лунатиком и высмеяла на всю школу.

— Что упало, то пропало! — пошутила девушка, завороженно разглядывая золотой диск.

— Отдай! — Вика вскочила со скамьи, требовательно протянула руку за своей наградой.

Гимнастка неохотно вернула медаль. В темных глазах сверкнула неприкрытая зависть.

Пусть для матери ее медаль ничего не значит, девчонки из раздевалки передрались бы за то, чтобы поменяться местами с победительницей. Вика улыбнулась сквозь слезы — нельзя никому показывать свою слабость — и вышла из зала — к поклонникам, скандирующим ее имя. Если она не может получить любовь родной матери, она выиграет Олимпийские игры и заслужит любовь всей страны.

Ничего из этого Вика Соне не рассказала. Слишком долгим бы получился рассказ, и она перешла сразу к главному — к подготовке к Олимпиаде.

Вика знала, что у нее есть только один шанс выиграть Олимпийские игры. Мужчинам проще, объясняла Ирина Георгиевна, они могут бороться за золото дважды, трижды. Среди гимнасток конкуренция больше, а спортивный век короче. Не возьмет золото в семнадцать, в двадцать один придется конкурировать с шестнадцатилетками, а гибкость и пластика уже будут не те… Тренер верила в нее, суля победу, и Вика выкладывалась по максимуму, в мечтах представляя себя олимпийской чемпионкой. Но если бы все зависело только от нее!

Ее основной конкуренткой была Алена Перфилова. Они и раньше пересекались на соревнованиях, но за год до Олимпиады Алена сменила тренера и перешла в их интернат. Тонкая, гибкая, быстрая, похожая на цыганку, она завораживала своей пластикой, но уступала Вике в технике. Ее новая тренер была давнишней соперницей Горгоны, и наставницы схлестнулись в борьбе, которая должна была решить их давний спор. Вика понимала, что на кону — не только ее медаль, но и честь Ирины Георгиевны. За их тренировками следил весь интернат, девочки-спортсменки негласно разделились на два лагеря. Одни болели за Вику, другие поддерживали Алену.

— Как ты знаешь, — Вика метнула взгляд на притихшую в темноте Соню, — золото выиграла Перфилова.

— Ты проиграла из-за профессора? — напряженно отозвалась Соня.

— Тренер Алены была знакомой Полозова. Все в интернате знали, что я лунатик, и они решили использовать это в своих целях… Накануне соревнований спортсмену нужно хорошо выспаться и восстановить силы. Но Полозов пробудил меня лунатиком и заставил до изнеможения тренироваться всю ночь напролет. Я очнулась в спортзале утром, за пару часов до соревнования. Все мышцы болели, я едва могла шевельнуться… А через два часа мне пришлось выступать. Остальное ты видела.