Линлитгоу облегчённо улыбнулся.

– Очень хорошо. С вашего согласия, пандит, завтра мы объявим о вашем назначении моим заместителем. В договор, который вы заключили с сэром Мартином, я хотел бы внести одну поправку. Через два года, когда вы станете президентом, пусть вашим руководителем администрации будет сэр Мартин, а не я. Для всех заинтересованных это было бы более выгодно, как я думаю. Конечно, если вы согласны, Мартин?

Величественный поклон Неру и ошеломленный кивок сэра Мартина, кажется, выразили согласие. Наместник сжалился над своим секретарем.

– Затем, пожалуйста, отправьте с пандитом две телеграммы. Было бы очень хорошо, если вы составите их лично и проследите прохождение и доставку. Первую в Лондон, шифром, конечно: "С сожалением уведомляем, что в соответствии с посланием из Дэвентри Индия принимает на себя ответственность за собственное внутреннее управление и внешние взаимоотношения. Боже, храни короля".

– Очень хорошо, сэр, - сказал Мартин, торопливо строча в блокноте. – А вторую?

– В берлинскую Рейхсканцелярию. Две копии. Одну японцам, как их подзащитной державе, но простым языком. Текст: "Бытие 1:22".

Неру выглядел смущенным. Сэр Мартин наклонился и прошептал: "Плодитесь и размножайтесь" [162] .

– Ага, - улыбнулся Неру.
– Как соответствующе.

ГЛАВА ШЕСТЬ

ОБЪЯВЛЕНИЕ ПОЗИЦИЙ

Канберра, Австралия, здание парламента

Первый раз подходя к правительственной трибуне в качестве премьер-министра, Грегори Локок сделал паузу, чтобы оглядеть палату, и поразился, насколько она теперь отличается. Такой её сделали безумные ночные переговоры и серия политических компромиссов. Прямо напротив таращится сердитая оппозиция. Его собственная разношёрстная коалиция: Аграрная партия, Объединенная Австралийская партия и независимые кандидаты. Небольшая кучка лейбористов выглядывала из задних рядов. Он же оказался просто кандидатом, который оскорбил наименьшее количество людей. Ошеломленный Джордж Белл изо всех сил пытался выглядеть серьёзным, когда Локок кивнул.

– Палата вызывает многоуважаемого премьер-министра.

– Господин председатель, в первую очередь я хотел бы поднять вопрос, ранее уже затронутый в палате. О подтверждении состояния войны, которое существует между Содружеством и Германией наряду с ее союзниками, преимущественно с королевством Италия.

Спикер посмотрел вниз, на переднюю скамью трудовиков, и увидел в кипящих там эмоциях смесь смирения и негодования, но без резкого отрицания.

– Что скажет палата? – спросил он. – Тот, кто согласен, скажите "Да". Рев подтверждения прокатился от одной стены до другой, оставив мало сомнений относительно сегодняшнего характера парламента.

– Кажется, голосов "за" достаточно... – с мрачным лицом кивнул Джон Кёртин.

– Порыв поддержан большинством, - завершил Белл под вторую волну одобрения.

Потребовалось несколько минут стука молоточком и требований восстановить порядок.

– Слово за премьер-министром.

Локок кивнул.

– Спасибо, господин председатель. Мы не знаем, что несёт будущее, но вот что мы можем сказать со всей уверенностью. Мы победим, однако дорога будет долгой и тяжёлой. Господин председатель, я также должен сообщить палате, что генерал-губернатором в последние двенадцать часов получены из Лондона определённые сведения. Подразумевается, что от правительства Британии по воле его величества. Они противоречат сообщению от его величества, переданным из Дэвентри открытым текстом. Я передал для раздачи парламенту соответствующие документы. В соответствии с сутью сообщения из Дэвентри, наша плата принимает на себя ответственность, делегированную ей сим сообщением. Коронная власть будет направляться через генерал-губернатора австралийскому парламенту, и будет контролироваться им же, как членом Комитета доверенных лиц.

Рев "Да!!!" был оглушительным.

Вашингтон, округ Колумбия, США. Управление снабжения, комната 208

– То, что раньше было Содружеством, теперь подчиняется Большой тройке. Канада, Австралия и Индия отвергли перемирие Галифакса. Южная Африка последовала их примеру этим утром, то же самое делают меньшие колонии. Так что, господа, у нас есть война, к которой можно присоединиться.

На лице Корделла Халла красовалась решительная улыбка. Впервые за два месяца, прошедших с подписания Галифаксом печально известного перемирия, события шли так, как хотелось.

– Я до сих пор не могу поверить, что ваша сумасшедшая схема сработала, - секретарь Стимсон покачал головой. – Все вы должны сидеть в британской каталажке.

– Если нечто выглядит, как сумасшествие, но работает, то это уже не сумасшествие.

Халл уставился на Стёйвезанта, сидевшего с самым невинным выражением лица. Он узнал, что Филип был на самолете и лично участвовал в спасательной операции, и высказался неодобрительно. Не совсем в таком роде, конечно.

– Научные материалы, которые вы привезли, стоили взятых на себя. Вам, наверное, будет интересно знать, что в Канаде начали появляться и другие беженцы. Мы не уверены, как они туда добрались, но похоже, что самые крупные британские компании вывозят своих ключевых проектировщиков и инженеров в Канаду.

– Мои люди говорят, что к Галифаксу и его администрации много претензий. Похоже, что он едва заскочил в последний вагон. Народ колебался между "штык в землю" и "победа любой ценой". Месяц-другой, и он уже опоздал бы.

Стёйвезант задумался, перед тем как ответить.

– Уже есть движение Сопротивления. В основном в Шотландии и Северной Англии, но оно возникает. Меня не удивило бы, что многие компании и исследовательские центры стараются обеспечить безопасность своих людей и документации. Не говоря уже о сокрытии отчётов по любым работам, которые могут помочь немцам.