Шрифт:
– Почему это? – вопросил хмуро, делая ещё один рывок.
А ещё с каждым днём я начал всё спокойней допускать до себя мысль, что Люц очень даже неплох. Белобрысый, худощавый и милый, если честно, чем-то я ему симпатизирую, возбуждение чувствую – так точно. И можно было бы попробовать…
– Потому что он уже по уши втюрился в мужика, – пожав плечами, заметил дьявол. И лёгким движением расстегнул пряжку на моём ремне.
Но не тут-то было! Какое, нафиг… когда…
– Чего?!
Слова подействовали как катализатор: я подскочил на кровати, подхватывая сваливающиеся джинсы, и воззрился на дьявола с праведной яростью во взгляде. Блондин непонимающе уставился в ответ своими огромными зелёными глазищами.
– В смысле? – наконец выдавил он.
– Втюрился в мужика? Славка? В кого? – даже не беспокоясь, что могу вызвать таким поведением родителей.
– Ну, тут и так понятно… – пробормотал дьявол, тушуясь.
Но я его уже не слышал, успокоиться не мог, шокированный такой новостью. Руки нервно дрожали, пальцы словно кололо тысячей иголок, скулы сводило. Нет, мне было плевать, что друг выбрал мужчину. Что уж там? Я не гомофоб. Совсемне гомофоб – и Славик это знает. И… не сказать лучшему другу? Более того, перестать общаться с ним именно в данный момент, это…
Я вдруг вспомнил, как Славка счастливо лыбился, стоя на школьном дворе рядом с Майклом. Как он срывался с места, стоило ангелу только позвать.
Мужчина сидел за столом и молча выкуривал уже тысячную по счёту сигарету. Мне внезапно стало слишком противно от запаха табачного дыма.
– Люц, давай на днях всё же выполним твой контракт, – собственный голос казался чужим. Слишком хриплым, слишком взрослым.
Майкл поднял на меня шокированный взгляд. Прям как бальзам на сердце – нельзя верить ангелам, они бывают падшими.
– Прогуляемся завтра в парке после последнего экзамена? – невинно вопросил дьявол, хотя прекрасно понимал, что имеется в виду совсем иное.
Я коротко кивнул, утверждая планы на будущий день. Сердце до сих пор стучало где-то в глотке, но теперь тело заполняло ощущение опустошения. Я не мог понять, почему устроил такую бурную реакцию, просто…
Нет, не знаю.
– А я знаю, – тяжело вздохнув, пробормотал Майкл, но я его уже не слышал.
11 – Ангельские методы решения проблем
– Ну что, отпразднуем? – счастливо вопросил Люций, когда я, отстрелявшись с последним экзаменом, вышел из школы.
– Ага, – согласился с парнем.
Мы стояли на крыльце втроём: я, дьявол и ангел – и настроение было настолько хорошим, что даже недовольство Майклом куда-то исчезло. Чёрт, физика написана и, кажется, даже неплохо – жизнь прекрасна! Сейчас ничто и никто не сможет её омрачить.
– Привет, Майк, как ты? – раздался за спиной до боли знакомый голос.
И даже ты, предатель. Жизнь прекрасна. Жизнь…
– Замечательно. Отстрелялся вот, контракт завершил, – Майкл протянул подошедшему руку.
Я осторожно повернулся, сверля друга взглядом. Славка улыбнулся, пожал предложенную руку, сказал в ответ что-то юморное. Увы, не расслышал, что именно: от бешеного стука сердца заложило уши, и происходящее виделось в алом биении пульса. Сильные и громкие удары… Тудум-дум…
Раз. Славка в свою очередь подозрительно поглядел на меня. Два. Секундная заминка, улыбка сползла с его лица. Три. Губы дрогнули, словно он собирался что-то сказать, но в самый последний момент остановился и резко отвернулся. Четыре…
– Хэй, Женька, так мы идём?
Фраза выдернула меня из странного состояния транса. Удары сердца продолжали отдаваться в висках, но мир вновь наполнился звуками: где-то недалеко чирикали воробьи, мимо школьной ограды, шурша шинами, пронесся редкий здесь автомобиль, шелестели листья на ветру… Молчание продолжалось.
– Идём, – буркнул я, хватая Люция за локоть и целеустремлённо направляясь прочь. Дьявол послушно засеменил следом.
Их с Майком сегодня видели все, на крыльце ребята просто скинули свой "отвод глаз", радуясь, что дело окончено. Удерживающее их здесь условие выполнено, оставшуюся часть контрактов я, получивший, что желал, могу исполнить и самостоятельно, так что…
Я кинул взгляд на Люция: идёт следом, чуть хмуря брови и постоянно оборачиваясь. Блондинистый, взъерошенный, милый – и не скажешь, что дьявол. Просто парнишка моего возраста, а может, даже и младше, ведь тонкокостный такой, точно шестнадцатилетка.