Ману опустошил бутылку и бросил её в Мохини. Та пролетела сквозь силуэт и со звуком бьющегося стекла приземлилась на камни.

– Уверен, ты поняла мой ответ, - брякнул он, откупоривая следующую бутылку.

– Я могу заставить, - произнесла она.

– Не можешь, - он сделал несколько глотков виски.
– Твои чары действуют только на смертных.

– Я могу вызвать послов.

– Пожалуйста!
– он с ненавистью посмотрел на божество.
– Вызови их прямо сейчас! У меня с ними впереди вечность совместного существования! Так начнем сегодня!

– Глупец!
– возгласила Мохини.
– У тебя в руках перстень! Надень его на руку девочки и освободишься от наказания!

– Глаза Лорэл, которые не простят мне этого, в которые я принесу боль, для меня куда большее наказание! Зачем мне нужна будет земная жизнь без неё?!

– Ты должен кое-что знать. С окончанием твоего срока я исчезну навсегда. Больше некому будет снимать боль. Ты останешься совершенно один.

– Ну и славненько!
– наигранно рассмеялся Ману.
– Потому что ты как кость в горле!

Лорэл сидела на кушетке в свободной палате и дрожащими руками подносила к губам стакан с успокоительным. На всё помещение разнесся резкий запах нашатырного спирта, который в данных обстоятельствах был даже к лучшему. Любой мог упасть в обморок от того, что происходило. Вместе с ней в палате находились Мелисса и Картер, не умолкающий со своими вопросами.

Внезапно дверь распахнулась, и в помещение вошел Рей.

– Мистер Картер, я как адвокат мисс Кэссиди, настаиваю на прекращении допроса!
– заявил он, тряся перед его носом своей лицензией.
– Вы не имеете права допрашивать её в таком состоянии!

– Хитер лис, - съязвил Картер.
– Хочешь, чтобы твой босс первый всё выведал?

– Все допросы требую проводить только через меня и в рабочем порядке!

Мужчина поджал от злости губы и вышел из палаты, громко хлопнув дверью. Лорэл перевела свои воспаленные зареванные глаза на Рея и хрипло спросила:

– Ты адвокат?

– Я агент спецподразделения по расследованию аномальных и необъяснимых явлений, - четко ответил он, и в помещение вошли Хана и запыхавшийся Бенджамин Рассел. Из коридора в их сторону послышались возгласы негодования со стороны Картера и его людей, но агенты не обращали на них никакого внимания. Вопрос заключался не в конкуренции, а в деле, которому Рассел посвятил всю жизнь.

– Кто вы такие?
– нахмурившись, спросила Лорэл.

– Дорогая, - обратилась к ней Мелисса, - ты должна выслушать их. Потому что, боюсь, Ману рассказал тебе не всю правду о себе.

Лорэл допила противное содержимое стакана и тихо произнесла:

– Говорите.

И следующие два часа она слушала от Рассела всё, о чём две недели назад он поведал Мелиссе. Она смотрела те же фильмы с участием Ману, десятки старых фото, слушала рассказы о Мохини.

Вопросы о том, откуда Ману знал всё наперед, и почему у них так просто получилось скрываться от полиции и украсть перстень, наконец, получили ответ.

– Теперь Вы понимаете, почему мы охраняем Вашу дочь целой ротой?
– последнее, что произнес Рассел после своего жуткого рассказа.
– Субъект познакомился с Вами не случайно. Ему нужна Ваша девочка. Он придёт за ней, и мы возьмем его!

– Не случайно, - по слогам прошептала Лорэл, продолжая смотреть на кучу фото.
– Познакомился не случайно... Не случайно...

То, что испытывала на тот момент Лорэл невозможно передать словами ни на одном языке мира. Ощущение полной беспомощности и внутреннего опустошения охватили её разум. Она словно потеряла сознание, при этом находясь в нем. Мысли рассеялись без какой-либо надежды собраться воедино. Страх, паника, шок смешались, образовав некую пропасть.

– Мелисса сказала, что зуд начал мучить Меган сразу после знакомства с субъектом, - проговорила Хана.

– Да, я думала, что у неё раздражение от новой цепочки, - проговорила Лорэл, по-прежнему не отводя взгляда от снимков.

– А вчера ночью что-то дало резкий толчок, - добавила Хана.

– Что-то, - задумчиво произнесла Лорэл и, спрыгнув с высокой кушетки, стала медленно ходить по палате взад-вперед, нервно переминая пальцы рук.

– Что произошло вчера ночью?
– спросила Мелисса.

Девушка остановилась и посмотрела на озадаченных этим вопросом агентов. Ей и без того было не по себе, хотелось сквозь землю провалиться от услышанного, смыть с себя все прикосновения того, кто называет себя Ману, и забыть его как кошмарный сон. А тут они со своим любопытством!