— Мойра, — говорит Рэнделл мудро, когда берет тарелки у меня из рук и поворачивается, чтобы направиться к столу. Я беру блюдо со спагетти и направляюсь следом за ним. После того как он расставляет тарелки, он поворачивается и берет блюдо из моих рук. Он ставит его на стол и вновь поворачивается ко мне, его ладони ложатся на мои плечи, где своим сжатием они приносят мне состояние комфорта. — Послушай, что я тебе скажу... Существует большое количество супругов, которых устраивает такое положение дел с рабочими часами своей второй половинки. И это нормально — в этом нет ничего такого. Но есть и те, которых это не устраивает, и это тоже нормально, нет ничего плохого в том, что тебе это не нравится. По сути дела, я подозреваю, что дело в той невероятной связи, что существует между тобой и Заком. Я полагаю, что на тебя она влияет сильнее.

— Ты так думаешь? — интересуюсь я с мягкой улыбкой, что воцаряется на моих губах, желая втайне, чтобы он убедил меня в том, насколько по-особенному мы с Заком ощущаем друг друга. К моему стыду, мне необходимо его заверение в этом.

— Я знаю это. Никогда раньше не видел ничего подобного. И в то время, как ты видишь, что Зак сконцентрирован только на своей работе, я могу тебя абсолютно заверить в том, что он чувствует себя несчастным вдали от тебя и детей. Я могу поклясться, что единственная вещь, которая заставляет его так усердно двигаться вперед, так это мысль, что он делает это все ради благополучия ваших детей и тебя.

— Никто из нас не хочет предать твое доверие, — говорю я ему, давая понять, что Зак делает все от него зависящее, чтобы отплатить Рэнделлу за его великодушие.

— Никто из вас и не сделает это, — говорит он со смехом, и напряжение, которое присутствовало на протяжении большей части недели, немного ослабевает в моей груди. — Зак должен сократить свои часы работы, это все что нужно сделать, а я и компания приспособимся к такому положению дел. Все будет отлично, поверь мне.

Я издаю, возможно, самый огромный вздох облегчения в истории таких вздохов. Улыбаясь ему благодарной улыбкой, я обнимаю его, чтобы дать ему понять, сколько это значит для меня.

— Ты думаешь, он будет протестовать, или же он сдастся твоим словам?

— Прости? — спрашивает удивленно Рэнделл, озадаченно склоняя голову.

Я запинаюсь, но затем бормочу:

— Ты сказал, что ему необходимо урезать...

— Ну, ему необходимо это сделать, — говорит Рэнделл с огоньком в глазах. — Но я не тот человек, кто должен ему сказать это. Ты должна. Это ваше с Заком проблема, и именно тебе предстоит разобраться, как вам решить ее между собой.

— Прости? — спрашиваю я, полностью ошарашенно.

Издавая смешок, Рэнделл присаживается на стул и использует щипцы, которые я положила сверху спагетти, чтобы положить небольшую порцию для Джейми. Затем он начинает разламывать длинные спагетти на маленькие кусочки при помощи вилки.

— Я не собираюсь делать за тебя самую сложную работу. Я думаю, с меня хватит уже того, что приоткрыл тебе маленький секрет, что не ожидаю от Зака, чтобы он работал огромное количество часов. Я ожидаю от него усердной работы, и он дает мне это, но он пропускает столько времени со своей семьей, что совсем не обязательно. Но ты должна решительно воспротивиться и дать это понять Заку. И я не собираюсь участвовать в этом, потому что есть крошечный шанс, что, возможно, Зак делает это для собственного чувства удовлетворения, а я не собираюсь ему в этом мешать. Это дело должно решиться между мужем и женой.

Я смотрю на него в течение некоторого времени, ожидая, чтобы состояние тревоги немного отпустило меня, потому что я не смогу это решить просто так.

Но оно не отступает, потому что он прав.

Мне нужно сделать это.

Между тем, я смотрю на него, приподнимая брови в изумлении, и качаю головой.

— Как ты стал таким мудрым?

— Годы практики, моя дорогая, — произносит он, когда ставит тарелочку нарезанных спагетти на пластиковый столик Джейми, что прикреплен к ее высокому детскому стульчику. Я беру небольшую тарелочку и кладу туда порцию для Кэннона. Я даже не беспокоюсь, чтобы нарезать ему спагетти на кусочки, потому что он уже большой мальчик, который в силах справиться с тонким искусством накручивании их — мало-мальски — на вилку. Я ставлю тарелку перед ним и убираю ноутбук. Он начинает издавать протестующие звуки, но я подношу и провожу тарелкой со спагетти под его носом, и он полностью переключает свое внимание, потому что это также и его любимое блюдо.

Когда я сажусь рядом с Рэнделлом, он вручает и мне тарелку. Мы молчаливо накручиваем спагетти и едим некоторое время. После того как я проглатываю и вытираю губы салфеткой, я кладу вилку и поднимаю свой взгляд на него.

— Рэнделл… спасибо.

Он поднимает на меня глаза, улыбается, пока тщательно прожевывает и просто кивает в понимании. Его уверенный кивок дает мне понять все, что мне нужно.

6 глава

Зак

Из-за тихого стука в дверь моего кабинета я отрываю взгляд от электронного письма, которое отправлял вице-президенту отдела продаж, Молли Тэбенера. Она работает с Кэнноном уже на протяжении девятнадцати лет и держит отдел продаж в ежовых рукавицах, и ко всему прочему ругается со мной почти каждый день. Это хреново, потому что она отлично знает свое дело, и я у нее учусь, но она очень консервативная и не желает прислушиваться к новым идеям. Рэнделл считает, что это забавно, и просто говорит: «Я тоже с ней спорил на протяжении многих лет. Смирись с этим, мой мальчик».

Лила останавливает в дверях. Сегодня в Атланте, нас приветствует свежее осеннее утро, и Лила, кажется, оделась соответствующе. Она одета в обтягивающую голубую водолазку, которая подчеркивает ее роскошную и полную грудь, широкий черный пояс и черную юбку, которая доходит длиной до колена. Из-за того, что сегодня свежо и не холодно, на ее длинных ногах нет колготок, ее мышцы ног выглядят подтянутыми, потому что она обута в черные шпильки высотой около пятнадцати сантиметров. Ее волосы и косметика безупречны. Она определенно выглядит сексуально. Меня все еще сбивает с толку ее быстрая смена стиля, но сейчас я уделяю этому меньше внимания, смотря на нее лишь мельком. Мойра в махровом халате с вьющимися, рыжими волосами, пребывающими в беспорядке и ниспадающими на ее лицо все равно выглядит намного сексуальнее, чем Лила в любой из дней.