Дежурный полицейский покачал головой недоверчиво:

– Знаете, мисс, в протоколе сказано, что это именно он опознал тело в морге...

– Значит, он ошибся. Позвоните ему. Пожалуйста!

Полицейский подумал ещё и всё-таки взялся за телефон. Марико вздохнула с облегчением, чувствуя, как отпускает её напряжение последних часов... Да нет - дней... И как оно было на самом деле сильно... И как теперь всё плывёт в дурнотном тумане...

Патрульный, заметив, что девушке по-настоящему плохо, велел Донни довести её до дивана в чьём-то кабинете и уложить. Передал ей слова полицейского, что агент де Линт будет в участке не раньше, чем через час, и Марико провалилась в сон.

Разбудил её знакомый голос.

– Где она?!

– Пойдёмте, - это звонивший полицейский.
– Ей стало нехорошо, мы уложили её там, в кабинете.

Эрик вошёл и на несколько секунд застыл на пороге, вглядываясь в лицо просыпающейся девушке. Абсолютно знакомое и - совершенно не похожее на то, что он видел в морге! Как, с какого сумасшествия ему тогда показалось, что это - Марико?!

Девушка попыталась приподняться на кушетке, но рука вдруг подломилась. Донни успел поймать её и каким-то неожиданно почти профессиональным движением взялся за пульс.

– Ей нужен врач! Пульс слишком быстрый, может быть сердечный приступ!

Всё вдруг пришло в движение: полицейский метнулся к телефону, Эрик и Донни - к ней. Донни аккуратно и умело устроил Марико полусидя, попутно пояснив де Линту, что при сердечном приступе нельзя укладывать человека. Оглядев кабинет, Донни нашёл аптечку, порылся в лекарствах и дал девушке какую-то таблетку, а сам принялся растирать ей похолодевшую руку. Де Линт, не зная, что ещё придумать, взялся тереть вторую. Марико только слабо улыбалась, откинувшись на импровизированной подушке из свёрнутого пледа.

Когда приехала "скорая", де Линт наконец-то пришёл в себя и начал мыслить связно. Сначала он хотел поехать с Марико в больницу, но взглянул на Донни и понял, что сейчас нужно заниматься им, а о девушке позаботятся врачи. Сказав, что обязательно навестит её утром, он повёз Донни в свой офис. Нужно было найти его в базе пропавших без вести, допросить, отправить в клинику на обследование и, видимо, лечение. Нужно было, наконец, организовать облаву на базу экспериментаторш. Потом - допросы, расследование, работа с прессой, причём, если Скиннер прикажет всячески избегать огласки, работа с прессой усложнится в разы... Словом, разбираться с недоразумением в морге придется, видимо, не раньше, чем через неделю, а то и две...

– -

Глава 11

Всю неделю в клинике Марико провела почти в блаженстве, гуляя в парке в часы между ослабевающими муссонными ливнями, часто вместе с Донни, которого поместили сюда же на обследование. Он с энтузиазмом делился тем, что к нему возвращаются профессиональные навыки, и навыки эти, похоже, медицинские!

К концу недели в ФБР выяснилось, что его настоящее имя Луи Саймак, и он действительно закончил интернатуру по хирургии незадолго до похищения.

– Хирургом мне, конечно, уже не быть, - с воодушевлением рассуждал Луи, - но я могу пересдать экзамены, пройти ещё год интернатуры и работать в "скорой", например. Это куда больше, чем я вообще мог ожидать!

На третий день её навестили Агне с женой. Кристен даже всплакнула от радости, рассказав, в каком шоке они были, когда де Линт сообщил им, будто опознал Марико в морге. Она же рассказала, что Агне пришлось забрать к ним домой все вещи девушки, поскольку миссис Дэвис, получив известие о "смерти" приёмной дочери, была готова не только с лёгкостью поверить в это, но и попросту выбросить из дома всё, что хоть как-то могло бы напомнить ей о Марико. В комнате девушки теперь жила домработница...

Она не слишком удивилась, хотя такое отношение и было неприятно. Но Кристен с ещё большим удовольствием звала Марико жить в доме её родителей, и девушка не собиралась отказываться.

Всё постепенно приходило в порядок. Головные боли отступили, сердце перестало сбоить и глухо ныть при малейшей физической нагрузке. Донни-Луи тоже чувствовал себя хорошо. Агент, расспрашивавший Марико о случившемся, рассказал, что базу экспериментаторш раскрыли, "стервы" арестованы, а остальные ребята распределены по клиникам. Но девушке было тоскливо.

Эрик ни разу не зашёл к ней с тех пор, как она оказалась в больнице. Марико пыталась утешать себя тем, что у него много работы, но это плохо получалось.

Когда девушку выписали, забрать её приехал Агне. Марико оставила лечащему врачу свой новый адрес для Эрика, позвонить ему не решилась.

Всю следующую неделю они с Кристен разбирали и перемывали всё в новом доме Марико. Жена Агне заикнулась было о более серьёзном ремонте, но девушка воспротивилась. Ей нравился неброский, скромный стиль светлых комнат. Он отдавал чем-то послевоенным, немного пыльным, простоватым, но тёплым и уютным.