— Долина Сеувага — место обитания самых знаменитых животных этой галактики. Даже на самых отдаленных планетах знают о крадах. Но живут эти грациозные создания только на Зазбазабе.

Зрелище, представшее перед путешественниками, удивило даже ко всему готового императора. Нееруш не сдержал смешок, Ларина презрительно и разочарованно поджала губы. Раккар, Рониарр и Еклеон, вышедшие из соседнего флаера, выглядели не лучше.

В долине паслись самые странные и несуразные животные, каких только можно было представить. Две сильных ноги с коленями назад, мощный хвост для равновесия, грузное тело с короткими и тонкими передними лапами. На широкой шее — вытянутая голова с косыми глазами и длинным хоботом. Покрывала это природное недоразумение размером в полтора человеческих роста короткая, синяя в белую полоску шерсть. Даген усмехнулся — у шелиадов, чья нижняя половина туловища была скорее от осьминога, нежели от человека, оказались весьма странные представления о грациозности. Передвигались несчастные создания так же необычно, как выглядели — прыгали, отталкиваясь сразу двумя ногами.

Экскурсовод по-своему истолковал улыбки гостей:

— Созерцание этих великолепных животных успокаивает, помогает привести мысли и чувства в порядок. Крады совершенно безобидны и привычны к рукам. Вы можете пройти погладить их или покормить — они травоядные и не причинят вреда.

Советники переглянулись, но предпочли остаться на месте.

— Только после вас, Ваше Величество, — ухмыльнулся Нееруш в ответ на взгляд императора.

Даген со вздохом двинулся к ближайшему краду. Вид полосатого косоглазого чудища, вопреки рассказу, доверия не внушал.

— Смотрите под ноги, в это время года в долине много воды, — предупредил шелиад как раз в тот момент, когда сапог императора с чавканьем провалился в лужу. Правитель продолжил свой путь, с грустью прислушиваясь к хлюпанью. «Лучше болото и крады, чем леди Ларина», — решил для себя он.

Недоразумение природы и вправду оказалось очень дружелюбным. Полосатый монстр с готовностью подставлял широкие бока для ласки и попытался хоботом погладить Дагена в ответ. Остальные, глядя на эту идиллию, с опасением приблизились к крадам. Животные, привыкшие к толпам туристов, тут же окружили императорскую свиту. Даже леди Ларина сморщила свой тонкий носик, прикоснулась к жесткой шерсти и сразу отдернула руку. Ее крад, не дождавшись продолжения, развернулся мордой к девушке, вытянул хобот в ее сторону и возмущенно затрубил. Император и советники, как по команде, зажали руками уши. Казалось, будто кто-то, воспользовавшись усилителем, одновременно пилит смычком скрипку и крутит трещотку. Леди несколько секунд ловила ртом воздух и хлопала широко раскрытыми глазами, а затем завизжала. Стоило отдать девушке должное — краду в громкости она не уступила. Несчастное животное, не ожидавшее такого отпора, вывело еще более режущую слух трель, пока Ларина набирала воздух для второго захода. Так бы и продолжалось, если бы стоявший рядом крад не полил из хобота нарушителей спокойствия. Грязная вода из лужи стекала с длинных волос благородной леди, придавая ей особенно грустный и жалкий вид.

Нееруш с опаской отвел руки от ушей, советники выглянули из-за широкой спины меланхолично жующего траву крада. Даген, внутренне ликуя, все же сжалился над девушкой.

— Еклеон, Раккар, проводите леди Ларину обратно на ее корабль, — ни от кого не укрылось, как император выделил слово «ее».

Советники послушно увели чуть трясущуюся от шока леди. Рониарр на всякий случай второй раз обернул длинную косу вокруг шеи и, перепрыгивая через многочисленные лужи, приблизился к правителю.

— Ваше Величество, возможно, вам стоило быть с ней немного мягче, — с легким поклоном обратился ардар. — Леди Ларина очень преданно вас любит, раз решилась на столь дальнее путешествие.

— Рониарр, ты один из немногих, кто знает про дар моей семьи, — спокойно ответил Даген. — К сожалению, единственное, что способна полюбить леди Ларина — драгоценности и мой трон. Я никогда не копаюсь в мыслях своих подданных, а от алчных желаний леди мне приходится еще и закрываться. Мои уважаемые советники абсолютно ничего не добьются, навязывая ее общество. В Совете, кроме тебя, только Урд знает про мои способности, поэтому я не могу объяснить, чем мне не угодила леди Ларина. Но, прошу, хотя бы ты пойми меня и избавь от общества этой ужасной женщины, — почти умоляюще закончил император.

— Я постараюсь, Ваше Величество, — все с тем же идеальным поклоном пообещал ардар. Если неожиданная откровенность правителя и удивила советника, вида он не подал. Даген улыбнулся: молодой ученик Урда однажды станет отличной заменой старику. Император искренне на это надеялся.

— Кажется, нам пора лететь обратно, — шелиад, прятавшийся от гнева правителя среди крадов, наконец понял, что наказывать его за неприятный инцидент никто не собирается. — Солнце садится, а в городе вас ждет сенатор на торжественный ужин в вашу честь.

— Надеюсь, он будет не на улице, — проворчал Нееруш, выливая воду из короткого сапога. — Еще одного болота моя обувь не переживет.

Вся троица не сдержала довольных улыбок, когда шелиад заверил их, что сенатор живет в самом теплом и сухом доме, какой только можно представить.

— Ты готова? — с этим вопросом Шуаро приходил под мою дверь каждые несколько минут. Я очень хотела попросить Нору запереть его в какой-нибудь комнате, но пока держалась.

— Мне нужно еще немного времени, — в который раз ответила я.

Через дверь было слышно, как затихают шаги. Я с облегчением перевела дух. Да, понимаю, капитан волнуется не меньше меня, но ведь это не повод действовать на нервы!

До приема оставалось чуть больше трех часов. Я давно собралась, и теперь разглядывала свое отражение в зеркале. Никак не получалось решить, нравится оно мне, или нет. На меня смотрела совершенно незнакомая девушка. Темно-зеленое блестящее платье обтянуло бедра, но к полу расходилось широкой юбкой, темнея и становясь черным. От плеч на голую спину спадал тонкий шифоновый шлейф, также меняющий свой цвет. Волосы были собраны в высокую прическу, в которой притаился дракон Саа. Я категорически отказалась расстаться с заколкой несмотря на неприятные воспоминания. В конце концов, она спасла мне жизнь. Серебряные украшения притягивали взгляд, а яркий макияж менял лицо до неузнаваемости. Этот образ сильно отличался от нежных ардарских нарядов, к которым я успела привыкнуть. В одном я не сомневалась: привлечь всеобщее внимание у меня получится.