— Кто ты? — спросил он создание, натянувшее на себя лик Элианы.

— Та, кто тебе нужен, — ответила девушка и поднялась с камня, на котором сидела, поджав обнаженные ноги.

— Та, кто мне нужен, находится слишком далеко отсюда, чтобы ты была ею, — демон сделал шаг назад, и девушка остановилась, склонив голову к плечу.

— Я тебе нравлюсь? — спросила она, раскинула руки и медленно закружилась.

Полупрозрачное одеяние не скрывало ее тела, и демон тяжело выдохнул.

— Мне нравится лишь тот облик, что ты нацепила, но твоя сущность… — Ормис присмотрелся, как объяснял дед. — У тебя нет сущности, ты пустая, — закончил он.

Тут же оглянулся, отыскивая, кто управляет куклой, но никого не увидел. Хуже было то, что его мысли для кого-то были подобно открытой книге, и теперь оттуда щедро черпали знания. Ормис сделал шаг к девушке, наотмашь взмахнул рукой, и ладонь прошла сквозь лже-Элиану. Девушка продолжала улыбаться. Демон сделал неожиданное открытие, у призрака не было клыков. Тот, кто увидел в его сознание, не увидел мелких деталей, о которых он думал.

Ормис спешно закрыл свое сознание первым, что пришло в голову, и теперь в его голове бесконечно звучало:

Славься, Пронеж, и сила его.

И жизнь мы готовы отдать за него.

Славься, наш князь, наш добрый отец.

С тобой нашим бедам приходит конец…

Замечательный гимн! Ормис усмехнулся и направился дальше. Лже-Элиана некоторое время брела рядом, пытаясь заговорить, но вскоре черты ее расплылись, став безобразной маской, и призрак рассеялся. Демон остановился, чтобы снова оглядеться. Живых душ тут точно не было. Долина Мертвых? Возможно. Никто не утверждал, что она существует, но никто и не утверждал обратного. А раз про нее ходят слухи, значит, кому-то все же удалось вырваться. Это вселяло надежду и немалую.

Ормис расслышал шуршание пожухлой травы под чьими-то ногами. Навстречу ему брело неизвестное создание. Оно передвигалось на четырех конечностях, имело тусклую, свалявшуюся коричневую шерсть. Существо подняло к нему морду, и глаза, затянутые бельмами, уставились на демона немигающим взглядом.

— Мертвец, — определил Ормис.

Из оружия у него был только нож, и демон достал его, перехватил поудобней и приготовился к нападению. Использовать свою силу он не стал, опасаясь того, что это место может ее поглотить полностью. Тем временем зверь приближался, медленно, покачиваясь, оступаясь, вызывая чувство омерзение и гадливости.

Ормис подпустил его поближе и напал первым. Неуклюжее существо неожиданно проворно скользнуло в сторону, и демон едва успел увернуться от лапы, увенчанной длинными, твердыми, как камень когтями. Когти просвистели почти, коснувшись плеча. Демон откатился в сторону, вскочил и уже не спешил, изучая нового противника.

— Живой, — прошелестело за спиной. — Теплый.

Ормис бросил взгляд через плечо и внутренне содрогнулся. Там стояла очень высокая и очень худая женщина. Худая настолько, что ее скелет был четко виден под пепельно-серой кожей, почти не скрытой истлевшим платьем. Такие же белесые, как у зверя, глаза неотрывно следили за демоном. Спутанные жидкие пакли рваными клоками торчали во все стороны.

— Тьма, — выругался Ормис. — Надо было сразу к архам.

Зверь спружинил, взвился в воздух и полетел на Ормиса. Тот выставил руку с ножом и присел, полоснув острейшим клинком брюхо мертвеца. Существо приземлилось за его спиной, тряхнуло гнилыми внутренностями, теперь волочившимися сзади, и снова присело, готовясь к прыжку.

— Вку-усный, — протянула женщина и сделала неверный шаг, качнулась, но не упала, а продолжила приближаться рваными движениями.

Ормис вновь встретил зверя, перехватывая его голыми руками. Мышцы вздулись от напряжения, и дохляк полетел в женщину. Она неприятно взвизгнула, забарахталась, пытаясь вырваться, но демон, не теряя времени подбежал к ним. Вновь вцепился в зверя, оторвал ему голову, переломил хребет об колено, следом ноги и отбросил изуродованную тушу. Туша продолжала шевелиться, но уже не могла встать и вновь броситься на демона.

— Славься, Пронеж… — фальшиво пропела женщина.

— Ты, — определил Ормис. — Ты читаешь мысли.

— Вку-усный, — пробормотала она, и Бриннэйн откинул мысль, что она может рыться в его голове и насылать призраков.

— Кукла, — подвел итог своим размышлениям Ормис, и женщину постигла участь зверя. — Отвратительно, — передернул плечами он.

Вскоре он заметил, как в сизоватой дымке наплывающего тумана, появилось еще несколько пошатывающихся мертвецов. У некоторых все еще угадывалась раса. Желание напасть первому Ормис подавил и быстрым шагом направился обратно к скале, дававшей хотя бы закрытый тыл. Демон справедливо опасался, что может не устоять, потому что мертвые все прибывали, ведомые рукой неведомого кукловода.

На обратной дороге ему попались несколько не особо поворотливых уродцев, с которыми он расправился, не церемонясь, и до скалы почти бежал, потому что воздух наполнился бормотанием, подвыванием, шипением и порыкиванием.

— Элиана, — словно молитва, сорвалось с его уст, и Ормис вызвал в памяти дорогие черты.

Тут же перед ним появилось целых три призрачных девушки, подманивающих его. Ормис тряхнул головой, стиснул зубы и приготовился встретить приближающихся мертвецов.

— Тебя как сюда занесло? — возмущенно спросил Сумрак, появившийся рядом.