Первым поднимался Сумрак, за ним шел Ормис и замыкающим был Харт, державший под контролем их тыл. Они все поднимались, стрелка неизменно указывала наверх, и у всех троих появилось подозрение, что подъем затягивается. По внутренним ощущениям они уже должны были оказаться на самом верху башни, но лестница бежала и бежала вперед, и они послушно следовали за ней, поворот за поворотом.

Первым не выдержал Харт.

— И сколько еще это будет продолжаться? — пробурчал он.

Ормис и Сумрак, молча, пожали плечами. Они сделали еще несколько шагов, и стрелка вдруг задрожала, пошла рябью и окутала кисть своего хозяина, впитываясь в поры.

— Похоже, пришли, — понял бог.

— И куда? — дракон положил голову Ормису на плечо и округлил глаза.

— Куда надо, — усмехнулся демон и щелкнул дракона по носу.

— Сожру, — коротко огрызнулся Харт, клацнув зубами.

— Не кусайся, милый, нам жениха нужно целым до невесты довести, иначе сожрет уже она нас, — подмигнул Сумрак.

— Эли, — улыбнулся Ормис.

— Ладно, можешь съесть кусочек, — разрешил бог, смерив приятеля насмешливым взглядом. — Главное, оставь то, что им понадобится для создания маленьких Бринят.

— Фу-у, — скривился дракон. — Ты гадкий пошляк, Лер.

— Но-но, — погрозил Сумраку демон. — Не касайся святого даже взглядом.

— Да я про сердце, — возмутился бог. — Здесь ведь любовь главное! Похабники!

Дракон и демон переглянулись, смерили скептическими взглядами бога и хмыкнули, глядя на праведное возмущение в наглых дымчатых глазах.

— Однако к делу, — отвернулся Сумрак, демонстративно не замечая насмешку друзей.

Они стояли все на той же лестнице, окруженные щербатыми стенами, покрытыми плесенью. Дракон нетерпеливо засопел, Сумрак обернулся к Ормису, приглашая его разобраться с явной иллюзией. Демон уже присматривался, распутывая взглядом сложную схему магического плетения. Он поднял руку, осторожно коснулся потоков, медленно провел вдоль них кончиками пальцев и ненадолго задумался.

— Иллюзия создана по учению мастера Оргхара, — сказал он. — Не используется не меньше тысячи лет, слишком сложная и замысловатая. Да и для наложения идет большая затрата силы. Думаю, мы имеем дело с очень древним магом. Когда появилось искривление пространства в Атамар?

— Сразу после падения Харнии, — задумчиво ответил Сумрак. — Гибель царства привела к появлению огромной степи, ловушки с искривлением были зафиксированы сразу же.

— Почему Мрак с этим не разобрался? — встрял Харт.

Ормис промолчал, продолжая разбираться с иллюзией, зато обернулся бог и с любопытством посмотрел на дракона.

— Что? — недоуменно спросил тот.

— Харт, друг мой ненаглядный, могу сказать тебе, как будущий создатель собственного мира, а сидеть вечно рядом с родителями я не собираюсь, — отвечал Сумрак, — подобные изменения в изначальной модели мира необходимы, иначе скучно. Мрак создал мир, создал расы, вложил в них зачатки их будущей культуры и позволил жить своей жизнью, вмешиваясь лишь по крайней необходимости. Это же интересно наблюдать, как твои создания развиваются.

— Ненавижу, как заведенный мной порядок нарушают, — передернул плечами дракон.

— Стерильный однообразный мир скучен, как ты во время хандры, милый, — усмехнулся бог. — Нужно движение, эволюция. Это же, как с детьми. Ты дал им жизнь, они начинают свое развитие. Начинают самостоятельно переворачиваться на животик, садятся, встают на четвереньки, ползут, поднимаются на ножки, начинают ходить, учатся разговаривать, мыслят, чувствуют, растут. Харт, ты просто толстокожий ящер, — возмущенно закончил бог, глядя на упрямо поджатые губы.

— А потом появляются вот такие проклятые местечки, — проворчал дракон.

— И замечательно! — воскликнул Сумрак. — Создания совершают ошибки, набивают себе шишки, учатся на них. Нужно давать свободу тем, кому дал жизнь, но приглядывать, чтобы вмешаться в нужный момент.

— Тебе это в божественной академии преподавали? — спросил Ормис, приступая к распутыванию иллюзии.

— Это в крови, дорогой, — улыбнулся бог. — Так же, как право выбора у демонов. Или их обостренное чувство собственника. Или драконья жадность.

— Экономность и хозяйственность, — наставительно поправил Харт. — Значит, мы имеем дело с магом времен падения Харнии?

— Угу, — промычал Ормис, и пространство осветилось всполохом чистого Света. — Легче сломать, чем издеваться над своим мозгом, — усмехнулся он и огляделся.

Они стояли уже не в башне. Это был огромный каменный зал с обрушившимися колоннами, полотнищами паутины и растрескавшимся полом. На стенах кое-где еще угадывались остатки мозаики.

— Эх, жаль, отец мне оставил минимум возможностей, — досадливо проворчал Сумрак. — Сейчас бы в прошлое заглянули. Интересно, как тут все выглядело раньше. Кто придумал Высших демонов в уборной закрыть?