Шрифт:
— Неужели уйдёшь? — возмутилась она. — Неужели так ничего ему и не скажешь? Ты — заслуженный человек. У тебя авторитет! У тебя власть! Хоть за что-нибудь ты отвечаешь?
Мистер Ирис вздохнул. Задумался. Поскрёб макушку, почесал подбородок. Вернулся к гнезду и придирчиво осмотрел крылья на спинах у папы и у Лиззи. Снова вздохнул и задумался. Все ждали.
— Думаете, сработает? — спросил он.
— Что? — заорала тётя Дорин.
— Конечно сработает! — ответил папа. — Мы смастерили замечательные крылья, мистер Ирис.
Директор погрузился в размышления.
— Так-так, — бормотал он, — если разбежаться достаточно быстро, и подпрыгнуть достаточно высоко, и махать крыльями достаточно энергично…
Он рысцой пробежался по кухне. Пару раз подпрыгнул, помахал руками.
— Ну да, в этом вся соль, — сказал папа. — Хотите примерить крылья?
— Мортимер! — пропищала тётушка и швырнула в директора клёцку. Однако она промазала, и клёцка, угодив в стену, так там и осталась. Прилипла.
Папа протянул директору червяка.
— Угощайтесь, Мортимер. Отличное лакомство.
Мистер Ирис рассеянно забрал червяка и положил в рот. Тётушка покачнулась и ахнула.
— Надо ещё хвосты сделать, — сказал папа. — Лиззи говорит, без них не взлетим. И она права.
— Точно! — сказал мистер Ирис. — Очень хорошая идея, Элизабет. Дочка у вас умница всё-таки. — Он снова задумался. — Дело-то в костях, они легче, чем у нас. Значит, чтобы компенсировать эту разницу, надо…
— Мортимер! — рявкнула тётя Дорин. — Кис-кис!
Мистер Ирис и ухом не повёл.
— Конечно, — продолжил он, — летают и довольно тяжёлые существа и предметы, тому много примеров… — Он отлепил клёцку от стены и принялся подбрасывать, проверяя вес. — Интересные задачи вы решаете, мистер… Кар-Кар. Ты почерпнёшь много полезного, Элизабет… — Он взглянул на клёцку. — Эх, придать бы вам начальное ускорение… — Он встал в позу копьеметателя, занёс руку за спину и метнул клёцку. Она просвистела над тётушкиной головой и снова прилипла к стене… Мистер Ирис улыбнулся. — А записаться на конкурс ещё не поздно? — спросил он.
— Конечно не поздно, — ответил папа. — По городу записывальщик ходит. Бегите к нему скорее, мистер Ирис.
Директор кивнул и опять задумался. Тётя Дорин схватила его руку и поволокла к двери. Он не сопротивлялся.
— До свидания, тётя! — крикнула Лиззи им вслед. — Спасибо, что навестила нас. До свидания, мистер Ирис. До понедельника.
— Или даже до воскресенья! — откликнулся мистер Ирис.
— До конкурса?! — воскликнула Лиззи. — Как здорово!
— Летающий директор! — обрадовался папа.
Тётя Дорин вздохнула и простонала:
— Мир спятил. Совершенно спятил.
Лиззи внезапно вспомнила, о чём спросила её тётушка, когда пришла.
— Тётя! — окликнула Лиззи.
— Что?
— Двадцать восемь!
Тётушка вытаращила глаза.
— Чего двадцать восемь? Кого?
— Семь плюс два плюс шесть плюс восемь плюс пять, — пояснила Лиззи. — Ответ: двадцать восемь. А «здравствуйте» пишется: з-д-р-а-в…
— Умница! — воскликнул мистер Ирис. — Ты умница, Элизабет!
Но тётушка закрыла уши руками.
— Мир спятил! — повторяла она. — Мир сошёл с ума!
13
Когда за тётей Дорин и мистером Ирисом захлопнулась калитка, папа с Лиззи заперли дверь.
— Бедная тётя, сказала Лиззи.
— Да, бедная Дорин, — сказал папа. — А твой мистер Ирис толковый!
— Он чудесный, — подтвердила Лиззи и захихикала в кулачок. — Ирис-кис-кис!
— Ирис-кис-кис! — подхватил папа.
День уже клонился к вечеру. Они смотрели в окно на полыхающий в листве и на крышах закат.
— Время летит… — сказал папа. И улыбнулся. И крикнул: — Вот же оно, вот! Мимо пролетает! Лови!
Он подпрыгнул повыше, поймал время и показал его Лиззи, приоткрыв ладони. Она забрала у него время и снова подбросила в воздух.
— Лети!!! — закричали они. — До свидания, время! До свидания!
Они снова выглянули в окно. Небо переливалось: ярко-красный, жёлтый, оранжевый. Как же красиво!
Папа запел:
Вон месяц — рогалик, намазанный маслом, И ухают совы, и ночь так прекрасна. И в небе черно, как в акульем желудке, Мы спать будем крепко до самой побудки. Подушка — наш верный, и давний союзник, Нежна, точно стираный детский подгузник. Мы, чтобы заснуть, посчитаем овечек, А вон — погляди — полетел человечек!