– А на острове кукол, зачем они к нам в беседку ломанулись?

– Может там рюкзак хотели передать? А может посмотреть захотели.

– Да, скорее всего, посмотреть. Если бы рюкзак нельзя было передавать, то Боцман - экскурсовод и здесь запретил бы это сделать. И на острове кукол, они или мы, были без очков и шляп. Просто я не успел их рассмотреть, как следует. Да вот дела!
– озадаченный Ромка макал в чай печенье и поглощал их с завидной скоростью.

– Эй! Ты пореже мечи!
– отодвинула пакет с печеньем Настя.

– Я просто задумался. А как они узнали, когда именно мы там будем?
– и брат потянулся за конфетой.

– Вот этого я не знаю. Поживем, увидим! Что, теперь понял в чем твоя ошибка с бумерангом?

– Теперь да! Завтра с утра сделаю. Надо же из-за такой мелочи, сроду бы не подумал.

– Ну, вот и хорошо! А я еще себе налью!
– Настя плеснула себе еще чаю и удобно уселась, обложив себя печеньем и конфетами. Боцман тут же забрался к ней на колени и, замурлыкав уснул. Чудесный и тихий был это вечер, с надеждой, что скоро они снова окажутся на родном береге Волги. Увидят своих родителей и все вместе пойдут дальше по водохранилищу на своей любимице Катерине.

***

– Ну, все! Бумеранг готов!
– радостно объявил на следующий день Роман.

– М-м-м!
– неопределенно промычала сестра, глядя темнеющий вдали лес.

– Ты чего?
– подсев к ней, брат покосился в сторону чащи.
– Что ты там увидела?

– Просто интересно, права ли я оказалась или ошиблась?

– Ты про то, где мы сейчас находимся?

– Ну, да. Почему я подумала, что мы в произведении Гоголя « Ночь накануне Ивана Купала»?

– Хочешь, давай проверим?
– предложил вдруг Ромка.

– Как?
– встрепенулась сестра.

– Дождемся вечера и пойдем, сходим на разведку! Что там в этом рассказе, ты помнишь? Надеюсь ничего страшного?

– А ты знаешь, я не могу вспомнить про что там, - погрустнев, Настя развела руками.
– Костры жгут, песни поют, вот я и подумала про этот праздник. А конкретно сюжет в голову не идет.

– Ну, ты даешь!
– то ли восхищенно, то ли разочарованно протянул Роман.
– Значит, как стемнеет, пойдем! Все согласны?

– Ага! Я согласна!
– кивнула сестра.

Боцман, только молча взглянув на своих хозяев, шумно вздохнул.

– А ты не вздыхай!
– потрепал его по голове Ромка.
– Останешься здесь, охранять наш лагерь!

Вот, словно попрощавшись, вспыхнуло последней полоской солнце и пропало. Снова зажглись по берегам праздничные костры, зазвучали песни, закружились хороводы.

Брат с сестрой, сидя в засаде и выглядывая из кустов, все ждали, когда же начнутся развиваться какие-нибудь события. Но народ по-прежнему веселился и ничего интересного не происходило.

– И что это? Когда уже что-нибудь начнется?
– нервно оглядываясь, прошептал Ромка.

– А что по твоему разумению здесь должно начаться?
– спросила сестра.

– Ну, если это Гоголь, то без чертовщины не обойдется, - пучил из-за всех сил глаза брат, пытаясь разглядеть эту самую чертовщину.

– Тихо, тихо, - вытянула шею Настя, вглядываясь в темноту.
– Будто бы ветка хрустнула и тень чья- то к лесу метнулась. Ну, идем?

– В лес?
– у Ромки брови чуть ли на затылок поднялись от такого предложения.
– Там же темно.

– А где, по-твоему, чертовщина должна твориться? Здесь возле костров? Потому что тут светло и не страшно! Так?

– Ну, ты уже все сказала, - пробурчал брат.
– Мне и добавить нечего. Пошли.

И наши герои, осторожно ступая, двинулись следом. Месяц, на минутку вырвавшись из-за туч, осветил преследуемый объект. Им оказался молодой парень, который бесшумно ступая по густому лесу (и как только Настя ухитрилась его услышать?), дошел до глубокого оврага и спустился вниз. Брат с сестрой шли моля Бога, чтобы не щелкнула под ногой ветка, и не зашуршал лист. Темнота стояла такая, что казалось можно взять ее и сложить в мешок. Молодой парень, тем временем встретив в овраге ожидавшего его мужчину, продолжил свой путь вместе с ним.

Долго пробирались двое незнакомцев через болота, через колючие заросли терновника, пока не вышли наконец на ровное место.

– Ох! Что- то мне это напоминает, - рискнул- таки прошептать на ухо сестре брат.

Та только молча кивнула головой и поднесла палец к губам. Но неслышно было, что говорит мужчина молодому парню, показывая рукой на три пригорка. Сказал и исчез, словно сквозь землю провалился. Парень же оглянувшись вокруг, видать тоже несказанно удивился внезапному исчезновению своего спутника. Подошел он тогда к пригоркам и, подперев бока обеими руками, в задумчивости стал разглядывать дикий бурьян перед собой. Вдруг вспыхнуло что-то на небе и вместо бурьяна показались чудные невиданные цветы. Один другого краше! И как живые тянули они свои разноцветные головки к парню, словно просили их сорвать.