– Могла бы просто позвонить.

Она покачала головой:

– Ты слышала, что сказала Сплетница. Возможно, Выверт прослушивает наши телефоны. Не нужно упоминать ничего, что Выверт не должен знать.

– Ты не хочешь, чтобы он знал о твоей маленькой просьбе?
– спросила я и разозлилась на себя за то, что вообще открыла рот.

Как мне со всем справиться, если, как только я решаю одну проблему, на меня сваливаются две новые?

Глава опубликована: 27.06.2017

Интерлюдия 15.y (Парень с двумя триггерами)

Он лупил по груше, нанося удар за ударом. В этих ударах не было ни ритма, ни цели. Действовали лишь впаянные в мозг рефлексы: руки согнуты, вес переносится с носков на пятки и обратно. Комнату наполнили глухие удары кулаков по винилу.

Если бы отец видел это, он наорал бы на него за такой травматизм. Плевать.

Ему просто необходимо было хоть что-то побить.

Нужно выпустить пар. Чтобы почувствовать облегчение, нужно довести себя до состояния, когда усталость не даёт думать.

Но он чувствовал только растущее разочарование.

Это несколько пугало его. Он размышлял, будет ли так теперь всегда. Будет ли это чувство преследовать его до конца дней.

Он крутанулся, чтобы ударить ногой с разворота. Груша соскочила с подвески.

Он отвернулся. Пот лился по телу ручьями, руки дрожали, он не контролировал дыхание.

– Боже, братишка, у тебя такой вид, будто у тебя сейчас сердце прихватит.

Он резко повернул голову и увидел в дверях Аишу. То, что это она, он понял в ту же секунду, как услышал ее голос и увидел силуэт у двери. И все же тревожный звоночек, ударивший по нервам, не хотел замолкать и назойливо продолжал звенеть.

Сестра ничего не заметила. Они словно находились в параллельных мирах. Аиша держала маску в руке, шарф был свободно обмотан вокруг шеи.

На мгновение ему показалось, что он видит перед собой Ампутацию. Тот же рост, платье и фартук, забрызганные кровью, блестящие лезвия инструментов, пытливые глаза, шарящие вокруг, готовые приметить и приспособить для вдохновения или для работы всё, что попадётся под руку.

Он крепко зажмурился, открыл глаза - и мимолётное видение исчезло. Они были совсем не похожи. Аиша спокойно, привычно, праздно осматривала помещение. Верхний этаж их общей штаб-квартиры занимала его комната с грушей, стойкой со штангой и умывальником в углу. В другом углу стояли кровать, подставка для костюма и телевизор, который можно смотреть из любой точки комнаты. Хотя сейчас выбор каналов не был особенно богат.

– Вернулась, - пробурчал он.
– Ты даже не сказала, что уходишь.

– Имеешь в виду - не спросила разрешения? И не собиралась. Всю жизнь мечтала, чтобы ты куковал надо мной, как кукушка в часах.

– Что ты несёшь?
– спросил он, тяжело дыша. Грудь болела. Он подошёл к раковине и плеснул себе в лицо воды.

– Плевать. Я, в общем-то, никогда не видела часы с кукушкой. Да и ты тоже. Не старайся выглядеть умнее, чем ты есть.

– У деда были.

– Да ну?

Он только кивнул. Дыхание всё ещё не желало восстанавливаться. И причиной были не нагрузки. Что-то ещё. Ей не стоит это видеть.

– Все же, хорошо...
– он сделал паузу, чтобы перевести дыхание, - ...что ты в порядке.

– Конечно, я в порядке, придурок. Никто не знает, что я там была.

– Этого недостаточно, - он начал снимать перчатки.

– Я взяла костюм, который сделала для меня Рой. Не думала, что она носит такое, - Аиша натянула ткань между пальцами.
– Ткань такая гладкая и лёгкая. Думала, она гонит на счёт того, что её невозможно разрезать, но я попробовала - так и есть. Чертовщина. Но да, теперь я в такой же безопасности, как и любой из вас. Даже в большей.

Это ничего не значит. Он изучал руки, те места, где кожа была содрана. Кровь выступала из открытых ран, заполняла складки и поры кожи. Он снова открыл кран и погрузил руки в поток воды, оттирая ободранные и кровоточащие костяшки.

– Охренеть, - она уставилась на его руки.
– Папочка иногда затаскивал меня в спортзал. И хотя я больше смотрела на дверь, чем по сторонам, что-то мне кажется, что такая кровища там не предусмотрена.

Что он должен был ей ответить?