Он встал. Д'Арси положил сандвичи на колени посла и отошел от кровати с тарелкой.

– Смотри за ним, – приказал Эполар. – Этот господин – фразер. Он пытается осведомиться.

– Понятно.

Д'Арси взял пистолет-автомат и сел на стул.

– Пока, – сказал Эполар и вышел.

– В этом доме чертовски холодно, вы не находите? – спросил Пойндекстер д'Арси.

– Заткнись, – ответил алкоголик. – Если будешь трепаться, схлопочешь прикладом по затылку. У меня нет настроения говорить.

– Как угодно, – сказал Пойндекстер, натягивая на себя одеяло.

Дипломат стал жевать сандвичи. Оба молча смотрели друг на друга.

Выражение лица комиссара Гоемона становилось все более мрачным, что вовсе не свидетельствовало о печали. Он осматривал комнату Буэнвентуры Диаза, нагнулся над двумя или тремя лежавшими возле кровати книгами, чтобы прочитать заголовки. Его коллеги обошли комнату, втягивая носами воздух.

– Смотрите, – сказал один из них. – Вот анархистская брошюра: "Черное и красное". Название говорит само за себя.

– Вы идиот, – заметил Гоемон. – Это роман Стендаля.

– Извините, – сказал коллега, – но вы ошибаетесь. Я говорю "Черное и красное". Речь идет об анархистах в революционной Испании.

– Дайте-ка посмотреть. Да вы правы. Забавно. Действительно, я перепутал. Захватите это, я спускаюсь.

Внизу Гоемон подошел к управляющему Эдуарду и показал ему фото Буэнвентуры.

– Да-да, это он, – побледнев, сказал управляющий.

– Здесь у тебя играют, – сказал Гоемон.

– Что?

– Здесь по ночам играют в покер. Кто приходит сюда ночью играть в покер?

– Я не знаю.

– Так я тебе скажу. Американцы. Покер – это игра проходимцев и американцев. Надеюсь, что у тебя здесь нет проходимцев.

– Могу поклясться, комиссар.

– Значит, американцы. Американские дезертиры.

– Клянусь, я не знаю.

– Перестань клясться, – сказал Гоемон.

В этот момент в кабинет управляющего Эдуарда вошел вновь прибывший полицейский.

– Я принес снимки дружков испанца, зарегистрированных у нас, – сказал он.

– Садись, – сказал Гоемон Эдуарду. – Посмотри эти снимки.

– Все, что зависит от меня, комиссар, кл... обещаю сделать.

– Давай.

Гоемон положил на стол две пачки снимков. С одной стороны – американских дезертиров, с другой – французских друзей Буэнвентуры Диаза. Управляющий Эдуард смотрел очень внимательно. Он уверял, что узнал нескольких американских дезертиров. Затем он ткнул пальцем в снимок из другой пачки.

– Вот этого я знаю, я уверен.

Гоемон посмотрел на регистрационный номер снимка и справился в картотеке: Треффэ, Марсель, род. 3. 4. 41 в Париже, член Объединенной социалистической партии, 1960-1962, член Анархистской ассоциации пятнадцатого округа (группа Энрико Малатеста), 1962-1963, член Рабоче-Студенческого союза пятнадцатого округа, 1968, и т. д.

Полицейский наклонился к уху Гоемона.

– Этого не было на пленке.

– Я знаю.

Управляющий Эдуард просмотрел другие фотографии, но больше никого не узнал.

– Этот тип часто приходил сюда? – спросил Гоемон, крутя снимком Марселя Треффэ перед носом управляющего.

– Да, раньше он бывал часто, два-три раза в неделю.

– Когда раньше?

– В прошлом году. Вернее, я имею в виду весной.

– А до весны?

– Не уверен.

– А потом?

– Тоже приходил, но реже.

– Когда вы его видели в последний раз?

– Представьте себе, в начале недели. Во вторник, нет, в понедельник вечером, как мне кажется. Они поссорились, если вас это интересует, господин комиссар.

– Поссорились?

– Во всяком случае, мне так показалось. Они оскорбляли друг друга, Диаз и этот тип. В комнате Диаза. Я как раз находился на этаже, и я слышал, как они ругались.

– На сексуальной почве?

– Нет, скорее на политической, как мне показалось. То есть я слышал, как один называл другого марксистом или революционером, я точно не помню.

– Все это подозрительно, – сказал Гоемон.

– А почему вы разыскиваете Диаза? – спросил управляющий Эдуард.

– Не твоего ума дело. Никто его не разыскивает, понятно?

– Понятно, комиссар. Но если он вернется, я позвоню вам?

– Да, позвони.

– У меня не будет неприятностей?

– Посмотрим, – сказал Гоемон. – Твой отель – это притон.

– Но я клянусь вам, что это не так. Откуда мне знать, что происходит в номерах? Я не имею привычки подслушивать у дверей.

– Во всяком случае, пока ты на правильном пути, тебе нечего опасаться, – сказал Гоемон. – Если ты увидишь одного из этих типов, что на снимках, быстро звони нам, хорошо?