Я тут же вспомнила о религиозных учениях своего мира — в каждом из них говорилось о душе. А здесь, в Ллерийской империи, не было ни одной официальной религии. Кажется, люди разучились верить. Разве что во власть императора и силу ступеней.

— Последователи культа, — продолжал доктор, — воспринимали все жизненные трудности лишь как череду испытаний и верили, что пройдя их, станут лучше, получат заслуженную награду.

— И вы с ним согласны?

— Я, конечно же, не адепт множества миров, а всего лишь психоаналитик, — улыбнулся Дженф. — Но воспринимать жизненные трудности всего лишь как череду необходимостей — такой подход мне по душе. Советую и вам над ним подумать.

— Очень интересно, — протянула я, обдумывая услышанное. — Скажите, а можно как-нибудь узнать об этом культе побольше? Меня заинтересовала такая философия.

— К сожалению, Летиция, о множестве миров сейчас вспоминают мало. Разве что увлеченные историки. Впрочем, что-нибудь в сети найти можно. Ну и, если появится желание, можете покопаться в библиотеках.

Дженф скосил глаза на часы.

— Давайте продолжим беседу через два дня. Я и так задержал вас немного дольше положенного.

— Огромное вам спасибо, доктор, — сказала я, поднимаясь с места.

Впервые сеанс принес мне настоящее облегчение. Да еще и подкинул свежую идею.

Нет, я никогда не была склонна к эзотерике. Но если культ множества миров и объяснял переходы между ними, то мне стоит с ним ознакомиться.

Голографический экран монитора — никак не могу к нему привыкнуть — появился передо мной одной вспышкой. Тихий писк сказал, что компьютер включен и готов к работе.

— Так… что я хочу найти? — спросила у самой себя, разглядывая плоскую клавиатуру, на которой светились контуры клавиш. — Культ множества миров.

Я с надеждой взглянула на монитор. Сеть здесь куда лучше, чем в родном мире, где ждать, пока загрузится страничка, приходится иной раз мучительно долго. Через мгновение поисковая система выдала мне найденные страницы.

Открыв первую, я принялась было ее читать, но тут в дверь постучали.

— Лети, это Шен.

Я быстро свернула экран и открыла дверь.

Шеннард с сумкой на плече.

— Даю тебе пять минут, Лети. Ты едешь со мной на тренировку.

— Но, Шен, ты даже не предупредил.

— Предупреждаю, — улыбнулся братец и шепотом добавил: — Это важно, Лети. И надень что-нибудь подходящее. Жду внизу.

Он закрыл дверь, а я, стараясь не раздумывать, кинулась к гардеробу.

Во что он пытается меня втянуть? Вдруг это связано с повстанцами? Нет, мой брат, Шеннард Кастелли, не может быть в этом замешан.

Что бы мне надеть? Легко сказать «что-нибудь подходящее»! Я перебирала вещи на многочисленных вешалках. Шен — гонщик, а что у нас принято носить на их тренировках? Понятия не имею.

Так, кажется, вот это вполне сойдет. Я мигом сбросила туфли на каблуках, а следом отправила и платье.

Через несколько минут я вышла из дома и застала Шена за рулем собственного автомобиля. Темно-серого, с узкими продолговатыми фарами. Не такого большого, как виденные мной раньше. Машина имела низкую посадку и была намного ниже той, на которой Джейс возил меня по городу.

— Долго ты, — сказал Шен, выглядывая из салона.

Я пораженно смотрела, как дверца поднимается вверх.

— Лети, садись уже, — нетерпеливо добавил братец. — Да что с тобой?

— Н-нет, ничего, — ответила я и села.

Внутри было тесно — места всего для двух пассажиров — но очень удобно. Кресло, кажется, создано для комфортной посадки.

— Мне нравится твой автомобиль, — сказала я, осматривая приборную панель.

Шен кивнул:

— Мне и самому эта модель нравится больше всех. Киплеры хоть и дерут цены, но тачки собирают на совесть.

Братья Киплеры, третья ступень — владельцы известного на весь мир автомобильного холдинга. Некоторые их модели, как эта, например, стоят баснословных денег. Позволить себе может не каждый, разве что отпрыск Кастелли.

— Объясни мне, что происходит, — сказала я, когда машина будто коньки по льду заскользила по асфальту улиц.

Шен нехотя отмахнулся:

— С тобой хочет поговорить один мой друг. Он видел тебя на адмиральском балу.

— И зачем я ему?

— Он сам тебе расскажет.

— Ты держишь меня за идиотку, Шен? Во что ты меня втягиваешь?

— Лети, — он нажал на тормоз и автомобиль замер перед голографическим таблом, на котором секунда за секундой велся обратный отсчет. — Можешь, не беспокоиться — тебе не придется общаться с кем-то ниже «четверки».