Слепящей глаза массе осталось преодолеть меньше десятка метров, чтобы куполом накрыть Фьорда и Бритту, когда Вихр возник рядом с ними, отбрасывая магов назад, и создавая огненный поток, оттолкнувший его прочь от обрушившейся на дно пещеры лавы.

— Люфир! — крик разодрал горло Фьорда, яро вырывающегося из хватки Вихра, что волок юношу назад от разливающегося огненного озера.

Заклокотав лавой, оставшейся в горле, Погибель издала потрошащий души вопль и, круша камни, спрыгнула в бурлящую смесь, разбрызгивая лапами испепеляющий ужас.

В Зале Собраний висело гнетущее молчание. Ульен знал, что на этом совете нет места посторонним, а часто пустующее кресло Второго советника за годы правления Арноры стало привычным. Всевидящая Мать предпочитала без лишней на то необходимости не встречаться с отцом, проводившим большую часть своего времени в подземельях, охраняя Зерно.

— Я хочу, чтобы укротительница воды сегодня же покинула дворец, — Арнора не была настроена на компромисс.

Первый советник вздохнул, понимая, что именно верность правительнице и привела его в столь нелепую ситуацию. Он мог бы и словом не обмолвиться об увиденном в памяти Зоревара, но расценить свое молчание иначе, как измену Церкви и десятилетиям верной службы, Ульен не смел.

— При всем уважении, госпожа Арнора, но, боюсь, подобное решение будет неразумным. Господину Кристару уже девятнадцать, и нет ничего странного в том, что он проявляет интерес к девушкам. То, что многие благородные господа во дворце разбавляют свой досуг утехами с горничными, не должно быть для вас откровением.

— Каким же дураком ты порой бываешь, Ульен! — глаза женщины сверкнули, а тело напряглось, словно готовое к броску. — Меня беспокоят не горничные в постели Кристара, а то, что одна из них маг! Ты уже настолько стар, что не чувствуешь в этом угрозы?

— Ни малейшей, — сухо ответил Первый советник. — Как вы и распорядились, я регулярно вызываю девушку к себе и проверяю ее лояльность к Церкви. Ее помыслы по-прежнему чисты и наивны, как и подобает испуганной простолюдинке, попавшей в достаток дворца Всевидящей Матери.

— Старый идиот! — Ульен вновь вздохнул. Он уж и не помнил, когда в последний раз видел Арнору в столь разъяренном состоянии. — Присутствие мага рядом с сыном главного врага Церкви не приведет к добру!

— Как Первый советник и ваш преданный слуга я вынужден не согласиться.

Арнора бессильно обмякла в кресле, вперившись взглядом в невозмутимое лицо Ульена. Ментальный маг держался бесстрастно, как и всегда. От его напускного равнодушия у женщины сводило скулы, и рождалось желание запустить в советника стулом или, на худой конец, блюдом с фруктами.

— Продолжай. Я хочу послушать.

— Благодарю, госпожа Арнора, — Ульен учтиво склонил голову. — Вам известно, что я обязался верой и правдой служить вашей матери, а после и вам. А потому должен быть искренен, даже если мои слова огорчат вас. Поэтому я с уверенностью заявляю, эта укротительница воды — наибольшая наша удача в деле Фардна.

— Ты спятил, — заметила Арнора и, поймав взгляд советника, помахала кистью, обещая не перебивать.

— Вы считаете девушку угрозой, но я увидел в ней прекрасную возможность привязать господина Кристара к вам еще больше. Прогнав ее сейчас, когда она все время блюла запрет о неиспользовании своих сил, вы вызовете непонимание и недовольство юного господина, тем более, когда он так благоволит горничной. Впоследствии это приведет к тому, что Церковь станет для него оплотом несправедливости, и на этой почве он взрастит симпатию к магам. Пусть укротительница воды и дальше живет во дворце, ведь она ни разу не проявила себя с неподобающей стороны.

— Что я слышу, — Арнора покачала головой. — Ты же был первым из всех, кто хотел избавиться от этого мага. И теперь защищаешь ее?!

— Я защищаю исключительно ваши интересы, моя госпожа. И движимый желанием уберечь вашу семью от тревог, я настоятельно советую вам скрепить отношения господина Кристара и этой девушки священным союзом.

Арнора одарила советника коротким взглядом и засмеялась, не в силах сдержанно реагировать на абсурдное предложение Первого советника.

— Ты выжил из ума, Ульен. Прости, это все моя вина. Я все время полагаюсь на тебя и не даю и дня отдыха. Это повредило твой рассудок. Я не могу отпустить тебя в отставку, но освободить от обязанностей на несколько недель просто обязана. Тебе нужно отдохнуть от дворцовых хлопот: езжай на юг, подыши океаном, очисти разум, — посмеиваясь, говорила Арнора.

— Я рад, что мои слова порадовали вас, госпожа Арнора, но, похоже, вы не ощутили их серьезности, — Ульен был невозмутим, но сжатые губы, превратившиеся в едва различимую полоску, выдавали его неудовольствие от насмешек Всевидящей Матери. — Никто не может предугадать, как повернется жизнь через год или через пять, и от чего будет зависеть ваше влияние. Связав сейчас господина Кристара и укротительницу воды, ненавидящую собственную силу, вы привьете ему угодный вам взгляд на магию. И появление его отца-мятежника, если таковое случиться, только подтвердит ваши слова. К тому же, что может удержать мужчину лучше, чем женщина? Я не говорю о диких и неотесанных дикарях, способных разрушить все на своем пути. Слава Небесам, господин Кристар не имеет с ними ничего общего.