– Я все еще могу создавать мини-порталы, – объявила Соня, прячась за камнями рядом со мной. – В пределах этого мира. Мне нужно только знать, куда идти. Ты помнишь дорогу?

– От нее мало что осталось, – сказал я. – После обвала все так изменилось. Нужно добежать хотя бы до вон того прохода, – я ткнул пальцем в каменную арку, до которой тоже было довольно далеко. – Похоже, за ней тропа в более-менее приличном состоянии, и местность не изменилась. Если там все в порядке, дорогу я найду.

Кевин подтащил к нам Кристиана и злобно уставился на орков, которые не скрывали своего охотничьего азарта, перекрикиваясь громкими гортанными голосами. Гимли помог Родомиру забраться нам за спины. Я мельком глянул на гондорца. Его дела были неважны. Похоже, стрела попала в кость, раздробив ее. Родомир морщился от боли, стиснув зубы до крошева. Идти он явно не мог.

– План таков, – быстро сказал я. – Если добежим до арки, я смогу показать дорогу к расщелине. Соня сможет создать портал и перетащить туда раненых. А там мы уже отобьемся и от орков и от назгулов, если они последуют за нами.

– Нужно, чтобы нас прикрыли, – стиснув зубы, сказала Соня. – Хотя бы на несколько минут. Фрэй многое у меня отобрал. Я бы выстроила мини-портал до арки и перетащила туда раненых, а потом уже к пещере, но чувствую, меня не хватит на два рывка с таким количеством людей. Поэтому до арки мы должны добежать.

– Я останусь, – то ли прорычал, то ли пролаял Кевин.

– Я тоже, – тихо добавил Родомир.

– Не дури, – возмутилась Соня. – Мы должны вытащить тебя и Кристиана.

– Кристиана понесет Гимли, – со слабой улыбкой возразил Родомир. – Это единственный вариант. Борегар не дотащит меня, нас убьют. Только Гимли еще в состоянии пронести на себе человека. Вы с Артемом нужны там.

Соня хотела возразить, но я остановил ее.

– Делаем так, как сказал Родомир. Он и Кевин остаются тут, мы бежим к арке, затем я показываю дорогу, ты перебрасываешь в расщелину Гимли и Кристиана. Мы оставляем их там, а сами возвращаемся за Кевином и Родомиром.

– Это самоубийство, – пробурчал Борегар.

– Надо было предвидеть это, прежде чем собирать нас на поиски Попрыгуна, – огрызнулся я. – Ты не можешь снова вызвать сюда армию псов?

Борегар покачал головой и отвернулся.

– Тогда придерживаемся плана, – скомандовал я и высунулся из-за камня. Тут же засвистели стрелы. – Кевин, тебе придется взять огонь на себя и отвлечь их. Бежим на счет «три».

Гимли взвалил на плечи Кристиана, который, похоже, вообще не понимал, что происходит. Кевин присел, мы услышали знакомый треск разрываемой ткани и хруст меняющих форму составов. Бледный Родомир вынул меч. Его обветренное лицо было суровым, но в то же время на нем застыла какая-то необъяснимая печаль. Я невольно поежился, отчетливо понимая, что мы оставляем этого человека умирать. Борегар смотрел куда-то за мою спину. Его губы тряслись, а зрачки сузились до размеров угольного ушка. Я обернулся и взглянул на то, что еще недавно было Кевином.

Передо мной стояло чудовище. Последняя метаморфоза превратила нашего друга в доселе невиданное существо. Он стал еще больше и теперь размерами был сравним с очень крупным белым медведем. На морде злобно светились уже не оранжевые, а ярко желтые глаза, почему-то с вертикальным кошачьим зрачком, чего раньше не было. Да и в облике и позе появилось что-то от пумы или пантеры. Даже шерсть, покрывавшая тело Кевина изменилась. От жесткого волчьего ворса ничего не осталось. Теперь это было что-то лоснящееся и блестящее, словно плотно сжатые иглы дикобраза. Монстр в упор смотрел на меня недобрым взглядом, в котором не было ничего от нашего друга. Нос чудовища слегка сморщился, и горячая капля слюны свесилась с оскаленных треугольных акульих клыков.

– Давай, Кевин, – твердо сказал я. Существо не пошевелилось, все так же странно глядя на меня.

– Давай, Кевин, – громче повторил я, указывая на приближающихся орков. – Порви их!

Монстр мягко перепрыгнул через меня и, стоя на валуне, грозно зарычал. Мы невольно вздрогнули, потому что в этом рыке не было ничего даже отдаленно знакомого нам по прежним мирам. Это была дикая смесь волка, кошки, гиены, вперемешку с ревом медведя и рычанием тигра. Дикая какофония звуков не могла извергнуться из одного горла, но нам пришлось поверить в очевидный факт. Существо, в которое превратился Кевин, нельзя было идентифицировать и причислить хотя бы к какому-либо виду. Орки ответили нестройным лаем, в котором был воинский клич, страх и истерика, а потом обрушили на нашего друга рой стрел, однако Кевин был чрезмерно проворен и мгновенно прыгнул на скалу, наметив себе первую жертву.

– О, господи, – простонала Соня, когда менее чем через секунду до нас долетел захлебывающийся предсмертный вопль орка.

– Раз! – заорал я. – Два! Три!!!

И мы побежали. Борегар летел первым, впереди неслись два пса. Желание Борегара оказаться как можно дальше от опасного места было понятным, но опрометчивым, поскольку ни он, ни мы не знали, что ждет нас за поворотом. А там вполне могла быть засада. За Борегаром грузно бежал Гимли, с болтающимся на его спине бесчувственным Кристианом. Его спину прикрывали мы с Соней. Но оркам было не до нас. Черное блестящее чудовище неуловимой тенью носилось по склонам, сметая все на своем пути. Соня беспокойно озиралась на притаившегося за камнем Родомира, оставшегося в одиночестве.