– Помолчал бы вообще, – напустилась на Борегара Беата. – Ты под шумок сбежал с места событий, ничем нам не помог, а сейчас разглагольствуешь о том, что нам надо, а чего не надо.

– В любом случае вы не будете больше ничем наделены, – надменно сказала Ивон. – Вы наняты на определенную операцию за обозначенную цену. Вы согласились. Разговор о торге неуместен.

– Да ну вас к черту! – вспыхнул я. – Вы умолчали о том, что этот поганый портал не оставляет нам выбора, не хотите пересмотреть условия договора, как будто мы стараемся только для себя! Речь идет о спасении сотен жизней, вы же думаете только о том, как бы кто-нибудь не отнял ваше могущество!

Беата вдруг нервно вздрогнула и нахмурилась. Потом тряхнула головой, словно отгоняя наваждение.

– Ладно, – резко сказала она. – Договор следует пересмотреть. Мы рисковали, но, в общем-то, справились. Роббер погиб из-за нелепой случайности, коих в наших делах немало. Сейчас речь не об этом. Нужно узнать, где сейчас Попрыгун. Надеюсь, Борегар все еще может это сделать?

Последние слова Беата произнесла с невероятным ехидством, словно сомневаясь в компетенции Борегара. Тот лишь коротко кивнул, но губы искривила тонкая презрительная усмешка.

– Мы в свою очередь поговорим с лучшими аналитиками наших миров, – пропищал Ману, и я невольно усмехнулся. Какие, интересно, аналитики могут быть в его мире? Белоснежка и семь гномов? Так и вижу, как очередная Василиса Прекрасная смотрит в волшебное зеркальце или тарелку, по которой катится наливное яблочко… Ману мою усмешку увидел и вспыхнул, злобно сжав губы.

– Да, мы поговорим с нашими аналитиками и попробуем понять, что происходит в гибнущих мирах на основе ваших данных и имеющейся информации, – повторил он.

– А мне кажется, что вы все-таки что-то от нас скрываете, – недоверчиво произнесла Соня.

Ману и Ивон переглянулись, а Фрэй равнодушно покачал головой.

– Ничего такого, что могло бы вам помочь.

– Хорошо бы выяснить, когда все это началось и сопоставить с имеющейся у вас информацией, – предложил я. – Вы же общаетесь в Перекрестке с другими Императорами, в том числе и с теми, кто уже лишился своих миров, но остался жив. Расспросите скользящих. Возможно, имелся какой-то толчок, какое-то событие, которое выглядело вполне мирным или совсем незначительным, но именно оно и послужило катализатором…

– Что бы мы без вас делали, – язвительно фыркнул Ману. – Как же мы сразу не догадались! Да мы давно уже систематизируем всю информацию, но пока успехов нет.

Ладно, – махнул рукой Кевин. – Чего зря время терять? Куда нам идти на этот раз?

Борегар встал. Его псы черными тенями скользнули следом за ним, недоверчиво поводя ушами. Ивон смотрела на нас безучастно, только в уголках глазах блестела слезинка. Ману, напротив, был оживлен и заинтересован, и даже соскочил с места, чтобы увидеть хотя бы краешек мира, в который нам предстояло отправиться. Фрэй не двинулся с места, но провожал нас с плохо скрываемым миксом надежды и отчаяния.

– Беата, Соня, – негромко сказал я, – ведите нас. Мы не должны снова оказаться там в разное время.

Беата коротко кивнула и подошла к Борегару. Соня же с неожиданной злобой оглянулась на Императоров, а потом присоединилась к Борегару и Беате. Я, Кевин и Кристиан встали рядом с ними, отодвинув нетерпеливого Ману, который все старался что-то разглядеть из-за наших спин.

Портал, открытый Борегаром, выглядел неприветливым. Там было темно. В небе светились звезды, а воздух был сухим и пыльным. Беата положила руку на плечо Борегара, а Кевин и Кристиан опустили свои ладони ей на плечи. Соня взяла меня за руку и тоже вцепилась в Борегара. Мы выдохнули и одновременно сделали шаг вперед. Мир закружился вокруг нас, в лицо ударил сухой и колючий ветер, а потом все исчезло.

Оторвав руки от Беаты, Кевин вдруг изо всей силы ударил Борегара в лицо. Не ожидавший нападения Бо отлетел на несколько метров с глухим стоном. Черные псы с глухим рычанием кинулись на защиту хозяина и одновременно бросились на Кевина. Кевин, за долю секунду принявший свое сумеречное обличие, поймал их в прыжке и стукнул друг о друга. Псы с визгом упали на землю, но через миг снова вскочили и, рыча, на подгибающихся лапах, снова пошли на Кевина. Он, расшвыряв собак в стороны, на четвереньках кинулся на Борегара. Тот взвизгнул и выставил вперед зажатую в трясущейся руке какую-то трубку. Раздался негромкий хлопок. Непонятная липка масса зеленого цвета впилась в плечо Кевина. Тот зарычал и смахнул ее с себя, а потом взвыл от боли, вытирая когтистые ладони о землю.

Зеленая клякса не земле дымилась, с шипением пожирая траву. На плече у Кевина зияла окровавленная дымящаяся проплешина. От ладоней тоже шел дым. В воздухе запахло паленой шерстью.

– Только этого нам не хватало! – простонала Соня. Борегар, с искривленным лицом снова поднял свою трубку и навел ее на Кевина.

– Ну, уж нет, – прошипел Кристиан и махнул рукой. Трубка вылетела у Борегара из рук и исчезла в темноте за его спиной. Кевин радостно оскалился и прыгнул на Борегара… и тут же налетел на невидимую стену.