– Ты думаешь, они выполнят свои условия договора, Фомина?
– решил всё же немного пошептаться с ней капитан.

– Почему нет, - спокойно ответила женщина.

– Но они требуют то, чего у нас нет, - пояснил всю подоплёку мужчина.

– У тебя нет, капитан, а вот у агента есть. Сам говорил: видел у него в руке, когда столкнулся по дороге сюда, - стояла на своём Фомина.

– Был. Кто знает, где сейчас агенты, и реликт. Мутант со своей армией гиббонов не отстанет от них, пока не вернёт. Это даже мне, как военному человеку, очевидно, а не только тебе, медику. Тем более если вспомнить Полину, - взглянул в сторону барокамеры с ней Буравин-младший, и тяжело вздохнул.

– Да уж, попали мы с этим реликтом и мутантом: хуже и придумать нельзя. Хотела бы я знать, в кого он превратил её, тварь!

Их разговор прервал пошевелившийся Каналин. На него и отреагировали одновременно колонисты. Он улыбнулся им, сделав вид: будто ничего не слышал и вообще увидел обоих впервые после пробуждения, пытаясь приподняться на операционном столе.

– Лежите-лежите, - прильнула Фомина к нему, положив ладонь на грудь.

– Я устал лежать, - заверил Каналин, - и не отказался бы посидеть.

– На всю голову и сразу - всегда успеете, пациент, - и дальше настаивала санинструктор, чтобы он оставался в статичном положении именно лёжа.
– Мягкие ткани, конечно же, укрепились, а вот хрящи - прошло слишком мало времени.

– Ничего, я крепкий, моя шея ещё и не такие травмы с нагрузками выдерживала в своё время, - согнул руки в локтях Каналин, приподнимаясь.

– Как знаете, - уступила ему Фомина.
– Моё дело, санинструктора, предупредить, а уж ваше решать, что вам делать, и как быть.

– Это ваши люди?
– продолжал изображать из себя больного, и на голову одновременно, двойной агент.

– Нет, просто пираты, - вмешался в разговор меж ними Буравин-младший.

– Хм, и вы так спокойно говорите мне об этом!?
– поразился его замечанию Каналин.

– Да, - подтвердил капитан.

– Удивительно. Разве такое возможно: колонисты уживаются с пиратами?

– Вполне.

– Парадокс.

– Этот парадокс называется - гиббоны.

Сев под присмотром Фоминой, Каналин невольно взглянул на барокамеру.

– Я смотрю: вы охраняете там кого-то, не так ли?

– Там находится санинструктор 4-го класса, - пояснила её коллега.

– Она ранена?

Вопрос на мгновение повис в воздухе. Фомина прежде посмотрела на капитана, и тот решил ответить слишком любопытному пациенту сам.

– Конечно. Мы решили: ей будет лучше какое-то время находиться там. Потом, когда у нас уже будут нормальные условия для её оживления и приведения в порядок, займёмся также как и вами... Э-э... Простите, не знаю как вас звать-величать?

– Каналин я, - не стал скрывать пациент.

– Вы - пират?
– уточнил капитан.

– Нет, я такой же их пленник, как и вы, - клятвенно заверил оживший.

Алексей проверял его, зная не понаслышке, с кем имеет дело. В чём лишний раз и убедился: от него не стоит ждать слов правды.

– Мне бы заглянуть кое-куда, ну вы, надеюсь, понимаете меня?
– осмотрелся в поисках уборного отсека Каналин.

– Гризли не велел никому выходить за пределы медблока, - заявил, не оборачиваясь, наёмник.

– Ну и ладно, тогда я сяду тут, если на то пошло, - потянул молнию вниз Каналин на комбезе, попросив Фомину отвернуться.

– Хорошо-хорошо, - уступил ему пират.
– Идём, прикрою твою жопу, засранец!

– Вам помочь?
– предложил свои услуги капитан.

– Обойдёмся собственными силами, - заверил оживший.
– Да и потом, я быстро - только туда и сразу назад.

– Ага, как увидишь кое-кого, от кого мы закрылись тут, сразу и навалишь в комбез, - гоготнул напарник наёмника.

– Это точно, - подтвердил сопроводитель, выглянув первым из медблока в соседний отсек сквозь призму прицела лазерного наведения.
– Чисто, проходи!

– А сейчас будет грязно, - услышали колонисты, оставшиеся за закрывшейся переборкой последнее, что сказал Каналин для них. И тут же переключился на наёмника, не собираясь справлять нужду - нарочно выманивал его, чтоб перекинуться тет-а-тет.
– Я - Каа. Надеюсь, ты в курсе, кто это?

– Надо же, - оскалился ехидно наёмник.