"Утро у меня свободно. В университете мне нужно быть к 15 часам".

275 "И я свободен. А что если завтра и нагрянуть к нему? Каретников ещё не далеко ушёл. Я сейчас его догоню и договорюсь на завтра. Утром я в гараже возьму машину и съездим. Как ты?"

"Давай", - заразившаяся энтузиазмом брата, радостно согласилась Оксана.

Иван умчался догонять Каретникова. Вернувшись где-то минут через тридцать, он доложил сестре, что всё впорядке, договорился - завтра едем.

"А ты его ещё раз предупредил, чтобы не проговорился? Вопрос должен быть для Петрова неожиданным", - спросила она.

"Предупредил, сказал. Он понимает всю важность именно спонтанности вопроса. Он же учёный-экспериментатор", - успокоил сестру Иван.

На следующий день в девять часов Иван на "Волге" Газ -21, на которую его посадили, когда он пришёл работать в гараж отцовского завода, дожидался сестру у подъезда их дома. На легковой машине они за полчаса добрались до места. Иван по памяти быстро отыскал нужный дом, и они поднялись на чётвёртый этаж к квартире Каретникова. Тот их ждал. Все вместе сразу спустились на первый этаж. Дверь квартиры открылась тут же, как только Каретников костяшками пальцев тихо постучал в неё.

Семён Семёнович провёл ранних гостей в комнату. Предложил чаю, от которого гости отказались.

"Так давайте, что вы хотели у меня спросить? Слушаю".

"Уважаю деловых людей, - сказал Иван и взглянул на Оксану. Та достала бумагу и зачитала вопрос. Семён Семёнович с разочарованием в голосе произнёс:

"Это и всё?! Так что тут говорить. Нужно было россиянам взять и всё поделить".

276 "Вот, - с нескрываемым восторгом воскликнул Иван.
– И я также думаю".

"А как это сделать?" - спросила Оксана показывая, что вопрос она адресует всё тому же - Семёну Семёновичу. Тот пожал плечами:

"Не знаю. Нужно искать способ".

"Найдем, уважаемый Семён Семёнович, обязательно найдём", - заверил его Иван. На этом аудиенция была завершена.

На улице Оксана спросила брата:

"А откуда в тебе такая уверенность, что мы найдём способ передела?"

"Голоса!" - ответил тот и, улыбнувшись, заговорчески подмигнул сестре.

– ----------------------------------------

Генерал КГБ, расхаживая по своему кабинету, обдумывал вчерашнее происшествие: некто Груздев - работник Педагогического института - поздно вечером сумел перебросить сквозь решётку Генерального консульства ФРГ пакет. Его задержал дежурный милиционер. И вот теперь нарушитель находится в отделении милиции - тут не далеко - на улице Чехова и даёт показания работнику госбезопасности.

Генерал подошёл к портрету Феликса Эдмундовича Дзержинского (Портреты этого деятеля висели в каждом кабинете дома на Литейном 4. В зависимости от ранга хозяина кабинета, исполнение портретов разнилось; в основном это были гравюры: на металле, на линолеуме, на дереве; офорты встречались редко) и стал вглядываться в изображение основателя служб безопасности Советского государства.

"Как это у него: у чекиста должны быть чистые руки, горячие сердца и холодная голова? Так, кажется? Интересно, а если руки в крови не только врагов - они чистые?"

277 Ответить на собственный каверзный вопрос генерал не успел. На столе зазвонил телефон. Этот телефон был особым - прямой в его кабинет, минуя приёмную. Номер его знало ограниченное число людей. В телефонном справочнике его не было. Генерал поднял трубку и коротко сказал:

"Да".

"Привет Хорохорин", - услышал он знакомый и ещё более родной в этих стенах голос его бывшего наставника.

"А, Владимир Михалыч. Очень рад вас слышать".

"Василий Никифорович, нужно бы встретиться".

Генерал знал, что телефон иногда включается на прослушивание и потому беседовал по нему только на бытовые темы, да назначал встречи, да ещё - если начальство позвонит".

"А вы где сейчас находитесь?" - спросил он в трубку.

"А я на Садовой. Знаешь - тут не далеко от Никольской церкви есть шашлычная. Она ещё называется теперь "Верьте мне, люди". Так вот, если у тебя есть время - подъезжай, а я шашлычки закажу. Посидим, погутарим. Ну, как?"

"Я как раз на обед собирался, так что - принято. Буду через полчаса", - согласился на предложение генерал.

"Договорились", - прозвучало в трубку и раздались короткие гудки разорванного соединения.

Генерал, действительно, прибыл к назначенному месту ровно через 30 минут. В зале шашлычной он быстро отыскал друга. Пока обменивались рукопожатиями - принесли по два шашлыка и по кружке пива. На улице было жарко и хотелось пить, поэтому каждый свою кружку сразу опорожнил наполовину. Шашлык оказался дрянным - некоторые его куски невозможно 278было даже разжевать. Найдёнов сплюнул неразжёванную массу на тарелку и выругался.