"А что такое аналептики?"- Спросил Алексей.

"Аналептики - это лекарственные препараты стимулирующие деятельность центральной нервной системы. Получалось, что в тот момент, когда он читал книгу его заинтересовавшую, принимаемые им аналептики, стимулировали эту тягу к интересному и, естественно, стимулировали умственную деятельность. Были срывы - это когда я не мог ему предложить интересный материал, но, в конечном счёте, мы побелили. Результат - на лицо. Или - на лице", - закончил шуткой свой рассказ Каретников.

"Спасибо, Олег Павлович; очень интересно. А как вы считаете: у вас на работе есть враги?" - неожиданно перешёл Алексей на другую тему.

Каретников задумался, но ответил быстро:

"Врагов нет. Есть недоброжелатели".

"И кто же они? Назовите, пожалуйста", - допытывался Алексей.

268 "Ну, этот - Рибков, конечно. Человек вроде ничего, но как учёный - ноль абсолютный".

"И почему же вы считаете, что Рибков к вам недоброжелателен?"

"Не знаю. Чувствую", - ответил Каретников и, в свою очередь, сам круто изменил тему разговора.
– Да чёрт с ним - с Рибковым. Вы лучше вот это прочтите", - и Каретников протянул Алексею газету "Правда". Тот взял газету, на первой странице прочёл: "Правда" 176 от 25 июня 1967 года и вопросительно взглянул на Каретникова.

"Переверните и на последней странице прочтите то, что мной там подчёркнуто".

Сделав это, Найдёнов отыскал подчёркнутое и прочёл: "Верные заветам Ленина советский народ и его Коммунистическая партия на протяжении полувека неуклонно следовали..."

"Вот пишут - "следовали заветам". Каким заветам мы следуем, Алексей Владимирович?
– Возбуждённо заговорил Каретников.
– Я купил новейшее издание - пятое полного собрания сочинений Ленина. Читаю и диву даюсь: мы от Ленина и его заветов давно отошли".

"От каких это заветов отошли?" - попытался уточнить Найдёнов.

"От всех, - не задумываясь ответил Каретников.
– Я сейчас отодвинул психологию в сторону и плотно занялся изучением Ленина. Так вот, у Ленина социализм это бесклассовое общество, а там где нет общественных классов - не должны быть и государства. Мы сейчас должны были жить в стране без государства. А у нас и классы есть, и социализм построенным объявили, и живём мы в государстве, а через тринадцать лет в коммунизме жить будем. Чушь какая-то!" - Каретников умолк. Молчал и Найдёнов.

269 "Я не готов сейчас комментировать ваши высказывания. Я сам почитаю Ленина и тогда поговорим. А сейчас хочу задать вам ключевой вопрос. Я вижу - вы человек прямой поэтому жду от вас прямого и честного ответа: "Ведёте вы или нет подпольные разработки в области психологии?"

"Я же всё написал в отчёте", - тоном обиженного человека попытался уйти от ответа на вопрос Каретников.

"Подпольные разработки потому так и называются, что ни в какие отчёты не попадают. Так всё-таки - прошу ответить на мой вопрос", - настаивал Найдёнов.

"Нет, никаких подпольных разработок я не веду".

– -----------------------------------

Результаты встречи Алексея с Каретниковым отец и сын обсуждали на улице и в общественном транспорте, когда Найдёнов-старший направлялся на Финляндский вокзал, а сын решил его проводить.

Выслушав Алексея, Владимир Михайлович, после некоторого раздумья, сказал:

"У меня вообще-то о Каретникове сложилось впечатление как о порядочном, а главное - разумном человеке".

"А что значит в твоём понимании "разумный человек?" - Спросил Алексей.

"Разумный это тот, кто сначала думает, а затем делает, а не наоборот" - был ответ.

Когда отец и сын стояли на платформе у входа в вагон электрички, Найдёнов-старший сказал:

"Я переговорю с генералом и попробую его убедить: что лучший выход из этого положения - это убрать из лаборатории Каретникова Рибкова".

270 "И как это можно сделать?" - спросил Алексей.

"У генерала есть такие возможности. Он ему предложит работу где-нибудь в первом отделе какого-нибудь института, завода. Я уверен - Рибков согласится".

– --------------------------------------

Оксана в последний раз сходила к гинекологу, сдала анализы и через неделю получила от врача окончательное заключение: она не беременна и может вести образ жизни нормальной молодой женщины. Врач извинился за то, что ввёл её в заблуждение при первом её визите к нему.

Иван перешёл на работу в гараж судостроительного завода, на котором вот уже не одно десятилетие продолжал трудиться его приёмный отец. Через месяц работы там, в качестве водителя автомобиля, Иван подал заявление на приём его в Коммунистическую партию Советского Союза. Отец, как и обещал, нашёл ему для этого двух поручителей. Потом - собрание партгруппы, единогласное одобрение будущих товарищей по партии вступления ещё одного молодого рабочего в ленинскую партию; и вот Буту Ивану Олеговичу вручена Кандидатская карточка за 027594422, где указано, что он принят в кандидаты в члены КПСС в августе 1968 года.