Женя вышел на улицу. Ярко светило утреннее солнце, весело щебетали птицы; по дорогам с шумом проносились машины. Город жил своей привычной жизнью. В каждую секунду времени что-то происходило вокруг: кто-то сейчас начинает свой рабочий день, а другие закончили ночную смену и возвращаются домой; кто-то спешит на учёбу, кто-то торопится на вокзал или в аэропорт. Интересно, что сейчас делает каждый отдельно взятый человек? Вот, к примеру, чем сейчас занят Исаенко, с которым Женя расстался пять минут назад? Наверное, перебирает бумаги, или говорит по телефону, или напряжённо размышляет над чем-то. Чем заняты друзья и знакомые? Где сейчас каждый из них? Где Натали? Наверняка, дома. Возможно, ещё спит. Ведь сейчас всего половина девятого утра. А, когда проснётся, пойдёт в ванную, затем на кухню, приготовит завтрак. А потом? Возможно, отправится гулять или займётся домашними делами. Думает ли она о нём, хоть изредка?

Натали …

Жене захотелось во что бы то ни стало повидаться с ней, увидеть её, услышать голос, заглянуть в её глаза и прочитать в них что-то, пусть даже только дружбу, а может … А вдруг он сумеет всё-таки растопить её чувства и заслужить уважение и любовь?

Скворцов сел на остановке в автобус, доехал до метро, и спустился в подземку. Через час он уже подходил к дому Натали. Там он покружил ещё с полчаса, затем взбежал на третий этаж и позвонил в дверь…

* * *

Узнав, что у Исаенко и Скворцова забрали дело об убийстве Ксюши, я испугалась и чуть не впала в истерику. Томке с Натали еле удалось меня успокоить. Я была в отчаянии. И даже заверения Жени Скворцова, что они вместе с Исаенко возобновят своё собственное расследование, не успокоили меня и не вселили большой надежды.

Несколько дней я находилась в подавленном состоянии. Всё это время, особенно последнюю неделю после неожиданной встречи с Игорем, я жила одной надеждой: что следователь Исаенко сумеет найти неопровержимые доказательства вины Игоря и посадит его надолго, избавив тем самым меня от постоянного страха встречи с ним. В этом страхе я жила последние несколько дней. Я дрожала каждый раз, когда ко мне приходили клиенты, боясь увидеть Игоря; вздрагивала даже, когда просто слышала мужские голоса в коридорах. Я чувствовала себя совершенно незащищённой, мне было неспокойно и тревожно.

Я понимала, что Игорь может прийти в любую минуту, в любой день, и ничто и никто не сможет помешать ему. Теперь я при малейшей возможности, как только освобождалась от работы, бежала из борделя, чтоб только не встретиться с ним, если он вдруг опять нагрянет. Я понимала, что это всё глупо и безрассудно, что, если он захочет встретиться, он придёт и второй раз, и третий, пока не застанет меня на месте. Поэтому рабочие смены стали для меня невыносимой пыткой. Я стала нервной, совсем перестала спать, похудела и осунулась, а под глазами легли тени.

Так дальше продолжаться не могло. Я была на грани срыва. Мне надо было прекратить эти мучения, уехать хоть на время, сменить обстановку, отвлечься.

Я позвонила Инессе. Она сразу узнала меня.

– Привет, моя куколка, – затарахтела она радостно в трубку. – Наша гордость. Я слежу за твоей карьерой, – на слове «карьера» Инесса сделала ударение, – ты моя самая любимая модель из всех, что у нас когда-то бывали. Скажу по секрету, ты даже лучше Эмилии. Шеф тобой доволен, Таисия тоже.

– Инесса, миленькая, мне очень плохо, – сказала я дрожащим голосом, когда она прервала свою пламенную речь в мою честь. – Помоги, прошу тебя. Уговори Таисию дать мне неделю отпуска. Мне надо уехать домой.

– Подожди, Марго, что случилось? – Инесса растерялась, услышав мой испуганный голос и мольбу.

– Случилось, Инессочка, случилось, – продолжала я, почти плача. – Просто мне надо срочно уехать отсюда.

– Марго, ты меня пугаешь, – ответила Инесса. – Я ничего не понимаю, но мне реально страшно. Что у тебя произошло?

Тревога в голосе Инессы подействовала на меня, как последняя капля в переполненном стакане, и я расплакалась.

– Меня преследует один тип, – говорила я сквозь слёзы, – он очень жестокий, он делает мне больно при каждой встрече, я его страшно боюсь. А теперь он знает, где я работаю, и может прийти в любой момент. Я схожу с ума, я не знаю, что мне делать. Помоги мне, умоляю. Мне надо уехать. Я хочу домой, к маме.

– Хорошо, хорошо, я постараюсь, – сказала Инесса, успокаивая меня, – я сделаю всё, что смогу. Ничего не обещаю, но …

– Пожалуйста, постарайся, – взмолилась я, – мне надо уехать отсюда как можно скорее. Я буду ждать твоего звонка.

Через час Инесса перезвонила и со вздохом облегчения сказала, что Таисия разрешила уехать на пять дней, прийти в норму, и возвращаться на работу не позднее субботы.

– Спасибо, моя дорогая Инесса, – я горячо поблагодарила её. – Ты моя спасительница. Я в долгу перед тобой.

– Ладно уж, – ответила Инесса. – Ты, главное, не подведи меня, Марго, возвращайся вовремя. Я знаю, ты девка порядочная, обещание сдержишь. Поэтому пообещай, что вернёшься.