Антонина полностью успокоилась и заметно гордилась и сыном, и его семьей.

– Знаешь, Рита, как я волновалась за сына, ведь чувствовала, что он в Афгане, хоть и писал, что все хорошо, и он в Союзе, только по командировкам мотается...а когда ранили, не поверишь, сердце болело, было жутко, как раз в те дни, когда он... Зато сейчас... я с умилением смотрю на них, когда они втроем, любой матери приятно, когда её сына любят искренне.

– Ну, твоего Сашку сложно не уважать, вон в районе уже оценили нового военкома, хвалят.

А в начале августа Аверы принимали высоких гостей - генерала Романова и его двухметрового, видного издалека, племянника, Ваньку Чертова.

– Здравия желаю!

– Вольно, Авер, вольно, мы же не на службе! Здравствуй, Саша, ну вот, как и обещал, приехал, посмотреть на твои владения!

– Здравствуй!
– генерал протянул руку серьезному мужичку, - как тебя зовут?

– -Михаил Александрович Аверченко!

– Ух ты, как официально, а мама с папой как тебя зовут?

– Когда Минька, когда Мишук. И ещё, - он скривился, - баушки - Мишуткой, как маленького.

– И много у тебя баушек?

– Три: Рита, Антоновна и Тоня.

Авер обнимался с Ванькой:

– Ну, хорош военком стал!! Поправился на Алюниных пирогах, одобряю!! Ух ты! Здорово Мишук!
– Ванька протянул свою лапищу.
– Ты подрос-то как! Скоро меня догонишь!

Он подбросил довольного Миньку несколько раз вверх, аккуратно поставил и нежно облапил Алюню:

– Вас двоих сразу обнимаю! Соскучился, блин!

– Ага, по пирогам, - ехидненько вставил Авер.

– Ну, это само собой! Глянь, - Ванька кивнул на Евсееича и деда...

Сухонький, враз подтянувшийся и ставший, казалось, выше ростом, дед, вытянувшись и приложив руку к гражданской кепке четко произносил:

– Гвардии рядовой у запасе 536 стрелковага полка 116 дивизии, Первага Белорусскага хронта, Цветков Ахванасий Грыгорович! Здравия жалаю!

Евсееич порывисто обнял старого:

– И тебе здравия желаю и напобольше! Рад, очень рад знакомству! Много наслышан!

– -От и славно, споемся - як скаже мой унук!

– Обязательно споемся и споем, Григорьевич!

На плечо деда легла ручища Ваньки:

– Здорово, дед!

– Здорово, унучек. Ай до чаго ж ты громадный вырос! Голова закружится на тябе глядеть!

– Дед, я присяду!
– засмеялся Ванька, тихонько приобнимая деда.

В новой квартире Аверов полностью обставлены и обустроены были кухня и детская комната. В детской возле окна стоял новенький тренажер, которым гордился и хвалился Минька.

– Ваня, Ваня, смотри, что мне папа с мамой подарили на день рождения!
– восторгался Минька.

Ваня одобрил и надолго завис возле полок с игрушками и поделками. -Не, я бы, точно, от таких поделок не отказался, клёво, Минь, береги, это такие редкие вещи!

А Толюшка стоял у окна, из которого открывался вид на лесные просторы. -Красота какая у вас здесь!!

– Здеся ешче цемзавод дымить, а у Медведке, от тама да, як у раю.

Дед и Евсееич прониклись симпатией друг к другу, генерал и рядовой оказались близки по духу.

– А як же, мы жеж старой закваски!

Наевшись Алькиных пирогов до отвала, прогулялись по городку. Саша показал активно строящуюся всем миром полосу препятствий.

Ванька не был бы Ванькой, если б не опробовал её. Раздевшись по пояс, в маскировочных штанах, этот гигант играючи и легко начал преодолевать препятствия. Казалось, он совсем не прикладывает никаких усилий для разбегов, прыжков, перекатов... А вокруг стояла тишина... замершие в восторге пацаны, остановившиеся и смотрящие на гиганта взрослые... а Ванька, с легкостью преодолев стену, крикнул прежде чем спрыгнуть с неё:

– Авер, давай, присоединяйся или слабо?

Авер молчком скинул футболку и пошел...

Вот тут уже молчащих не было. Орали, вопили, свистели все. Авер, несмотря на то, что на фоне Ваньки выглядел похудее и пониже, тоже лихо преодолевал препятствия. Встреченные восторженными криками и громкими воплями, друзья отдуваясь подошли к Алюне.

– И что скажете, госпожа Аверченко?

– Госпожа Аверченко восхищена и невозможно гордится вами, товарищи офицеры!

Алька привстала на цыпочки:

– Нагнись, детинушка!
– расцеловала Ваньку, вызвав одобрительный рев, а потом ласково прижалась к мужу.