Бакалавр щелкнул пальцами и показал на Никиту.

– Можем, если захотим. – Он аккуратно притушил и спрятал сигару – табак был дорогим развлечением. – Эти демоны, несмотря на всю их силу и мощь... Как бы это выразиться... Неизящны. Ещё вопросы есть?

– Меня сестра спрашивает... – поднялся парень у окошка. – Как можно продемонстрировать струну простолюдину, чтобы не нарушать маркеры? И чтобы он почувствовал?

– Элементарно. Пусть обнимет ребёнка. Через солнечное сплетение обоих пройдёт струна. Это сложно не почувствовать.

Поднял руку Тарас.

– Слушаю вас, молодой человек.

– У меня по практике. Может ли быть такое, что чувствовал радужные струны человек, ну, вот я чувствовал... Да вы помните, вы же у нас практику и вели. Настрой, камлание, пена на блюдце, всё как положено. Всё получалось. А потом вдруг раз – и исчезло.

– Что значит исчезло? Куда могут исчезнуть магические меридианы? Они ведь не от вашего настроения зависят. Это реальность, данная в ощущениях.

– Это понятно. Но у меня проблема возникла в последние дни. Вроде как дорогу потерял. Шел нормально, как все, всё понятно, всё правильно, а потом вдруг раз – и нет дороги.

– Странные вещи вы говорите, молодой человек. Я ещё понимаю, на шестом курсе или перед Дальним шляхом... Но сейчас-то вы, образно выражаясь, в колее. Сейчас осень, вам ещё учиться и учиться. Как может потеряться радужный путь? Возможно, вы неверно входили в камлание?

Тарас покачал головой.

– Раньше у меня получалось. И я несколько раз пробовал, проверялся.

Бакалавр с сомнением почесал подбородок.

– Да, я помню. У вас получалось. Не знаю. Теоретически такая ситуация возможна. Накануне важного выбора. Определяющего судьбу человека. Или... – Он замялся, подошёл и посмотрел на школяра поближе. Что-то в облике Тараса ему явно не понравилось. – Ну или накануне смерти.

Грач прошёл мимо угрюмой, красного кирпича казармы бомбардиров, снисходительно поглядывая на копошившихся во дворе парней. Густожитие школяров стояло рядом. Три корпуса славянской буквой «П». У Колледжа было ещё несколько густожитий, но Грач точно знал, где искать Тараса. Понятно, школяр не оставлял адреса ни валчам, ни кучеру, и всё же Грачу не составило труда найти свою жертву. Внутрь он, конечно, заходить не стал. Возможно, сыграли свою роль ведьмы на входе, возможно, он не «слышал», в каком из корпусов живёт Тарас. Школяр чаще ночевал у Варвары, нежели в своём корпусе, но и туда иногда входил через угловое верхнее окно, так что «натоптал» как минимум три дорожки постоянного движения. Впрочем, эта развилка применима, если валч шёл «по последу» собственного заклятия, а он мог искать Тараса и более изощренным способом. Как бы то ни было, Грач просто завернул за угол и встал на единственной дороге, что вела от парка-дворика к ближайшей конке. Ещё дальше возвышалась платформа летающих гондол. В тех редких случаях, когда школяры не шли пешком, они, конечно, двигались к развязке городского транспорта. Грач облокотился о недавно покрашенный, но уже успевший просохнуть столбик забора – с него явно счищали какую-то дымовушную хрень, – вытащил из внутреннего кармана небольшую, старинного вида книжку и приготовился ждать. Скоро должен был пойти утренний поток.

Мимо проходили как школяры, так и бомбардиры. Последних было меньше. Княжеских дружинников редко выпускали в город, если кто и выходил, то по хозяйственным делам. Будни. Простых обывателей было ещё меньше, в этом районе располагались только частные дома, среди которых пятиэтажные корпуса густожитий смотрелись высотными зданиями. Но случайных прохожих было достаточно, чтобы Грач не привлекал к себе внимания.

Стоять в ожидании валчу пришлось не более часа.

Тарас вышел из парка под руку с Варей. Грач, краем глаза наблюдавший за воротами – страницы своей книжки он почти не перелистывал, – чуть сместился в тень и стал практически невидим. Да Тарас и не проявлял особой осторожности. Вместе со своей пассией он пошёл ровно по тому маршруту, на котором стоял валч, спокойно завернул за угол и столкнулся с ним вплотную.

Мгновенная бледность сковала школяру лицо. Тарас качнулся назад, правой рукой выдергивая файербол, а на левую скользнул из рукава кастет со стеклянными насадками. Валч мысленно похвалил реакцию противника, но движение довести не позволил. Мощным поворотом кисти – сила ощутимо плеснула в стороны – он вывернул Тарасу руку с кастетом, одновременно вышибая покатившийся к забору файербол, да так, что у школяра хрустнули кости, и следующим ударом неминуемо добил бы его в студень, который потом хоть ешь, хоть волоки, но тут на Грача прыгнула Варька. Она вцепилась в валча руками и ногами, разрывая ногтями горло, и даже зубы, кажется, пыталась применить, ещё и визжа при этом, и могла, пожалуй, располосовать артерию, настолько простым и неожиданным оказался этот бросок. Грач опешил на долю мгновения – оно прорисовалось зеброй длинных кровавых полос, – затем стряхнул сумасшедшую девчонку, да не сразу, дважды пришлось стряхивать, зато потом Варвара так приложилась спиной о столб, что сразу и затихла. Но уже летели со всех сторон школяры на вековечное «наших бьют», и даже два чёрных бомбардира, шедшие рядом, уронив на траву бумажные свертки, тоже кинулись в сторону валча, и через несколько секунд на месте тёмной фигуры кипело невообразимое месиво, из которого один за другим вылетали молодые парни.

Свалка длилась недолго. Грач расшвырял нападавших, как медведь наседающих борзых, причем большинство из парней остались лежать неподвижно. Стряхнув последнего – им оказался бомбардир, дружинник влетел в забор, проломив головой тонкие доски, – Грач оглянулся в поисках Тараса. Школяр исчез. Валч провел поисковым амулетом на запястье и вроде уловил на востоке уходящий след, но от густожития катилась новая волна школяров, некоторые, торопясь, даже прыгали из окон, да у заборчика начали подниматься ребята покрепче, и Грач счёл за благо отступить. Он очертил вокруг себя круг, одновременно проворачивая кольцо на пальце, и тут же прыгнул через забор, причём в том самом направлении, откуда мчались в драку школяры. Валч ушёл прямо между ними, однако мощной его фигуры, размытой в контур, почему-то никто не рассмотрел – пацаны выскакивали на площадку и ошалело крутили головами, показывая то в одну, то в другую сторону, совершенно потеряв свою цель. Некоторые начали тормошить лежавших – по счастью, насмерть Грач не бил, видимо, опасаясь портить отношения с Колледжем. Все его удары были оглушающими. Вскоре большинство пострадавших пришли в себя – кто сидел, кто стоял, шатаясь и прислушиваясь к внутреннему звону. Варю под руки отвели в густожитие. Дружинники, кряхтя и ругаясь, собрали свои пакеты. Прискакал патруль, шесть рыцарей в световой броне – одна из ведьм на вахте свистнула, что снова появился «чёрный перевёртыш»...

Лишь один первокурсник, не обученный ещё умению падать, отлёживался добрых полчаса, прежде чем боль из позвонков скатали в доски. Затем парень сел, движениями напоминая складень.

Рыцари расспросили пострадавших, сняли протокол.

Потасовка оказалась неприятной, но вреда принесла меньше, чем «лунные» встречи с бомбардирами. «Перевёртыша», хвала Сварогу, здесь не было. Так, зацепились на улочке с прохожим магом. Дурь молодая.

Разобравшись в обстановке, патруль уехал.