Я чувствую себя взволнованно, гадая, смеется ли он с моего шопинга на гаражной распродаже.

– Это весело, - бормочу, скрещивая руки на груди.

С секунду он кажется растерянным, после чего кивает.

– Конечно. Ты закончила? Мне стоит это загрузить?
– Он похлопывает по книжному стеллажу ладонью.

– Ага, я готова. Спасибо за услугу.

Бросив на меня еще один быстрый взгляд, Бойд хватает стеллаж и идет к своему внедорожнику. Затем мы оба забираемся в собственные машины, и я следую за ним обратно ко мне домой.

Как только мы заходим в квартиру, он устанавливает стеллаж туда, куда указываю.

– Он милый, - комментирует Бойд, отступая и разглядывая его на новом месте.
– А теперь что?

А теперь что что?

– Это все. Спасибо, - произношу немного смущенно.

– Пообедаем, - отвечает он.

– Пообедаем? Гм, ладно, мне нужно в прачечную и еще кое-что сделать.

Он буравит меня хищным взглядом и подходит ближе. Я делаю шаг назад. Затем еще одни, пока не натыкаюсь спиной на стену. Он наклоняется и, думаю, собирается поцеловать меня, но тут Бойд убирает прядку волос мне за ухо и шепчет:

– Я постираю твои вещи.

У меня уходит минута на осознание смысла его слов, потому что его тон был скорее сексуальным, чем услужливым. Мой разум должен догнать слова и тот факт, что он только что предложил постирать мое белье, а не нагнуть меня над кухонным столом. И когда я осознаю это, начинаю хохотать. Толкаю его в грудь и смеюсь так сильно, что тихо фыркаю.

– Что это было? Подкат, который используешь на донимающих тебя домохозяйках? Я постираю твои вещи.
– Еще один смешок-фырканье срывается с моих уст, и я хлопаю рукой по губам перед тем, как добавить.
– Ой, не могу.

Бойд просто подмигивает мне, а затем идет в ванную и выходит с кучей полотенец в руках, после чего идет к шкафу, где находит корзину для белья и добавляет в нее полотенца перед тем, как схватить ее и направиться к входной двери.

– Эй!
– возражаю я.

– У тебя здесь есть стиральная и сушильная машины?
– Он останавливается перед дверью и оглядывается.
– Не думаю. Пойдем.
– А затем открывает дверь и выходит.

Что. За. Чертовщина?

– Бойд!
– Я следую за ним в коридор. Но он уже прошел мимо двух дверей к тому времени, как могу его догнать.
– Ты не можешь просто взять и украсть мое белье. Это странно. И довольно жутко.

– Думаю, ты пытаешься вспомнить слово "Спасибо". Я ведь оказываю тебе услугу. Можешь воспользоваться стиральной и сушильной машиной у меня дома.

– Гм...
– Я смолкаю.

– Пожалуйста. Захвати сумочку.

Дело в том, что ему сложно отказать. И от того, как он смотрит на меня, становится приятно. Так, словно он по-настоящему видит меня, что крайне захватывающе, но и невероятно ужасающе одновременно. Так что я следую за ним к его машине и сажусь в нее.

К его дому, оказывается, недалеко ехать - меньше двух миль - но это Централ Сити, Филадельфия, так что мы задерживаемся в пробке. Он заезжает на крытый паркинг и занимает, очевидно, забронированное для него место, а затем мы идем в здание. Оно очень современное и индустриальное, интерьер коридоров по стилю похож на отельный. Но когда мы входим в его квартиру, я осознаю, что это лофт. Сногсшибательный выносящий мозг лофт. Деревянные полы подыгрывают бетонному потолку и подчеркивают воздуховоды. Стены представляют собой смесь гипсокартона и цемента, разбивая пространство идеально размещенными художественными работами, а широкий экран ТВ закреплен прямо к стене. Здесь же стоит обеденный стол, за которым с легкостью могут сесть шесть человек, но он выглядит так, будто никогда не использовался, а кухня представляет собой идеальное сочетание современного стиля с теплыми нотками. Вокруг огромного острова стоят стулья, и кажется, эту зону используют постоянно. Металлическая лестница ведет на второй этаж, который, предполагаю, представляет собой спальню лофта, а на противоположной стене расположено окно от потолка до пола.

Кто бы ни декорировал это место, думаю, его бы передернуло от моего собственного секонд-хенд стиля, но у меня это не вызывает негатива. Совершенно наоборот. Это очень привлекает. Так что я не играю в вежливость, вместо этого расхаживаю по квартире и разглядываю все.

– Что думаешь?
– спрашивает Бойд, когда поворачиваюсь к нему.

– Когда я была ребенком, у меня была книга о маме и папе, медведях, и их двенадцати медвежатах. У всех малышей медвежат были собственные стволы деревьев, за исключением младшего. Он был слишком мал, чтобы иметь собственное дерево, так что все еще был с мамой и папой. В любом случае, у остальных одиннадцати были свои деревья, и каждое отличалось от другого. Они были украшены в соответствии с их особенностями. Я была немного одержима этой историей.

– Ты так говоришь, что тебе нравится мой дом?

Я смеюсь.

– Да. Он тебе подходит.

– Прачечная наверху, - говорит он.
– Иди за мной.

А затем взмывает вверх по лестнице, пока я плетусь за ним. Я оказалась права, предположив, что наверху спальня лофта. Полустена ограждает комнату от нижнего пространства и создает некую конфиденциальность. Но сверху вам все еще открыто все великолепие вида из огромного окна. Я рассматриваю его спальню - и кровать - когда осознаю, что Бойд уже включил воду в машинке в прачечной рядом со спальней и забрасывает в нее мои полотенца.