– Дайн?

– Да. Аллод вольных торговцев.

– Что-то слышал.

– Там довольно мило. Но вскоре мне стало скучно и я решила продолжить свое путешествие по вольным территориям. Села на корабль...

– И его поймал наш патруль. Ты говорила.

– Обычно ни Империя, ни Лига не трогает нейтральные корабли торговцев, но видимо - то был не их день, - засмеялась Лиза.

– Вижу, ты не очень огорчена таким исходом.

– Все могло быть и хуже. Ведь я осталась жива.

– Но тебе же пришлось... э-э-э...
– замялся я.

– Работать в борделе?
– подсказала Лиза и снова засмеялась.
– В этом, конечно, мало приятного... Но у эльфов несколько иное отношение к подобного рода вещам. Тебе, как истинному хадаганцу, это трудно понять. Да и не стоит. В вашей закомплексованности даже есть своя доля очарования.

Я не был готов обсуждать с ней столь интимные вещи и решил оставить скользкую тему. К этому времени солдаты уже сделали почетный круг по плацу и выстроились в длинные ряды перед командованием. Один из генералов подошел к трибуне и начал что-то говорить, активно жестикулируя, но до нашего наблюдательного пункта его слова не долетали.

– Из-за чего ты поссорилась со своей семьей?
– спросил я Лизу, отчаявшись расслышать речь Хранителя.

– Они мне больше не семья, - оборвала она и замолчала.

Я не решился расспрашивать дальше, но через некоторое время Лиза продолжила сама:

– Они не слишком переживали обо мне, когда я ушла. И не бросились на помощь, когда я попала в плен. Я думаю, они даже расстроятся, если узнают, что меня не повесили в Империи. А знаешь почему? Потому что я заинтересовалась областью магии, недостойной эльфийки из благородного Дома!

– Магией разума?
– удивился я.

– Нет, конечно. Среди эльфов хватает мистиков. Я увлеклась языческой культурой, долгое время даже жила у друидов. Считается, что это низшие формы магии, ведь язычники не способны стать Великими Магами и держать аллоды.

– Но ты все-таки не хотела называть нам свое имя, чтобы не позорить Дом, - вспомнил я.

– Танцевать в борделе врага - не самое достойное занятие. Может я и в ссоре со своим Домом, но это мне не мешает гордиться тем, что я - ди Вевр, в моем роду были великие эльфы.

– Я тебя не понимаю, - покачал головой я, но Лиза лишь пожала плечами, не желая дальше развивать эту тему.
– А меня ты тоже считаешь врагом?

– Что?

– Ты сказала, что танцевала в борделе врага.

– Ты и твои друзья сделали то, чего не сделали мои так называемые родственники. Вы пытались мне помочь. И в целом - помогли. С чего бы мне считать вас врагами?

Многоголосое, троекратное "Ура!", донесшееся с плаца, ненадолго прервало наш диалог.

– А почему ты решила покинуть Лигу?
– спросил я.

– Это было спонтанно. Сначала я поселилась в лесной избушке рядом с небольшой деревней на осколке Умойра. Первое время я неплохо зарабатывала на жизнь травничеством, но потом в деревне случился неурожай, а затем мор. Нашелся один умник, который вспомнил обо мне и обвинил во всех бедах. Всей деревней нагрянули ко мне с косами и кольями, ведьму жечь... Я сбежала.

– Наверное, тебе просто стоило переехать в город.

– Возможно. Но большая часть Кании - это суеверные и бестолковые крестьяне, а с эльфийскими Домами я больше не поддерживала связи. Покинув Умойр, я поняла, что в Лиге меня абсолютно ничего не держит. Я там просто... не прижилась, - она с ухмылкой глянула на меня.
– Уверена, тебе это кажется ужасным.

– Почему?

– Ты патриот, как и все хадаганцы. И я даже где-то вам завидую. Самую малость.

– Тяжело не иметь Родины.

– Я не скажу, что это разрывает мое сердце.

– Но тебе обидно, - осторожно сказал я, вглядываясь в ее лицо. Лиза промолчала.

Я открыл рот, чтобы извиниться за свою бестактность, но тут с плаца долетел строй хор: "Служу Великой Империи!", и в небо вонзились тысячи разноцветных взрывающихся искр. Мы задрали головы, глядя на красочный салют, который не прекращался очень долго...