– Нет, дело не терпит отлагательств. Увижу Джерри или нет? Давай, решай быстрее.

– Зачем он тебе понадобился? И почему ты заставила меня явиться сюда, чтобы попросить об этом? Можно было сказать и по коммутатору.

– Потому что я хочу, чтобы меня сопровождал Блейн Никольс.

– Никольс? Нечего ему совать нос в наши дела. И кроме того, Джерри пациент доктора Бертона, и тот несет за него всю ответственность.

– Думаю, что он разрешит Никольсу провести хотя бы один сеанс с Джерри.

– Это не имеет значения. Мы уже приглашали эмпатов. Двоих. И без толку. Джерри больше нет, от него осталась одна оболочка. Неужели ты не можешь принять это как факт?

– Нет, не могу. Для меня неприемлемо и кое-что еще.

– Что ты имеешь в виду?

– Вы что-то скрываете от меня. Ты и Профессор.

У Брайена хватило такта всем своим видом выразить оскорбленную невинность.

– Неправда. Мы тебе рассказали все.

– Я не верю тебе.

– Мейра! Как мне тебя убедить? Поклясться на крови?

– Нет. Всего-навсего скажи мне правду.

– Я и так говорю тебе правду. Послушай, Силвер, возможно, ты права: у тебя уже слишком давно не было отпуска, ты переутомилась. После этого задания я добьюсь, чтобы тебе, наконец, дали отдохнуть. Договорились?

– Спасибо. Но теперь все, что мне нужно, это получить дополнительную информацию о задании.

– Мейра, клянусь тебе, я сказал все, что тебе необходимо знать о Тори. Но почему ты никак не успокоишься?

– Я знаю тебя.

Брайен нахмурился.

"Неужели он обиделся?" – подумала Мейра.

– Ну тогда мне просто больше нечего сказать тебе.

Мейра заколебалась. А что, если накопившаяся стрессовая нагрузка и в самом деле дала о себе знать, и она стала чересчур мнительной?

– А как же вчера в кабинете Профессора? Ты ведь так сверлил меня взглядом, словно хотел предупредить о чем-то. Я отлично это помню.

– В кабинете Профессора? Ах да, припоминаю. Ты права. Я же знал, что там стоит «жучок», и старался дать тебе понять, чтобы ты не задавала слишком много вопросов.

Мейра задумалась. Это могло быть правдой. Могло. Но у Брайена очень гибкое мышление, и он вполне мог сочинить эту отговорку, не прилагая больших усилий.

– О'кей, Силвер. Послушай. Федерация послала на Тори три миссии. Назад не вернулся никто, и мы не знаем, в чем причина. Ясно только одно: там что-то произошло. Но что? Мы должны это узнать и поэтому посылаем тебя.

– И Хэка.

– Да, и Хэка. Ты же прочитала все файлы, просмотрела пленки. Ты видела Джерри. Что еще я могу сообщить тебе? Что, по твоему мнению, я скрываю от тебя?

– Не знаю, – ответила она, решив пока отступить, и отвела взгляд в сторону. – Похоже, что Профессора вся эта история здорово выбила из колеи. Я никогда не видела его таким расстроенным.

– Профессор стареет, и скоро ему придется уходить в отставку.

Мейра удивленно взглянула на него.

– Только не говори, что ты этого не знала, – произнес Брайен.

– Я догадывалась. Он никогда так не реагировал на неудачи.

– Очевидно, возраст дает себя знать. Ну и трагедия Джерри, ведь Профессор искренне симпатизировал ему и хотел вскоре перевести его на работу в академию.

– Неужели нет никакой надежды?

– Абсолютно. Именно поэтому тебе не стоит зря беспокоить Никольса.

Мейра покачала головой.

– Я должна это сделать.

– Силвер…

– Нет, послушай, Брайен. Здесь что-то затевается. Может быть, ты к этому и не причастен, но я знаю, что я права. И перед уходом на задание я обязана тщательно подготовиться к нему, чтобы быть во всеоружии. Ты и сам все это отлично понимаешь. И если для этого потребуется глубокое погружение в память Джерри, значит, я должна сделать это. С помощью эмпата, разумеется.

Брайен посмотрел на нее: лицо его выражало растерянность и капитуляцию. Он вздохнул:

– Ну, будь по-твоему. Если тебе от этого будет спокойней на душе, что ж… – он взглянул на часы. – Пойду свяжусь с Бертоном и получу у него разрешение.

– Думаешь, он заартачится?

– Ему наплевать. Он уже давно поставил на Джерри крест. Это Никольс? – спросил он, когда в дверь постучали.

Мейра открыла, и в комнату вошел невысокий, лысеющий мужчина в синем халате, на лацкане которого блестел маленький золотой значок, обозначающий его статус эмпата.