Зато все прекрасно видела юная подопечная Яворов - маленькая и опрятная девочка в траурном платье, которая с интересом наблюдала за мельканием разноцветных картинок. Николас отлично ее понимал, несмотря на презрение, которое испытывал к картам - атрибуту фокусников и шарлатанов. В данной ситуации даже скучнейший карточный пасьянс был лучше, чем выслушивание покрытых пылью семейных историй.

– Мистер Явор, - наконец встрял Николасу, когда посетитель сделал передышку между рассказом о коне его прабабки и сломавшем ногу внучатом дяде или о ком там еще.
– Хроники вашей семьи весьма интересны и, несомненно, достойны лучшего слушателя, чем ваш покорный слуга. Я никак не могу уловить, как же они связаны с волшебными печатями...

– А!
– взбодрился Явор.
– Я ведь к этому и веду! Я пытался объяснить, каким образом мы стали опекунами Сесилии.

Девочка, услышав свое имя, оторвала взгляд от пальцев тасовавшего карты Эдварда и заученно улыбнулась. Этот жест выглядел таким отрепетированным, что Николас невольно подумал о том, как ее натаскивают гувернантки.

– Она внучка баронессы Ольстен, нашей дальней родственницы, - продолжал Явор.
– Вы, наверное, слышали о ее недавней прискорбной смерти?

– Да. Соболезную вашей утрате.

– О, спасибо, вы очень великодушны, хотя, честно признаться, бедная старушка так долго чахла, что ее кончина не была неожиданной. Поэтому мы смогли заблаговременно оформить опекунство над Сесилией, как ее единственные родственники, и теперь хотели бы забрать ее из Дивейда к себе домой, в Фелтиррен. Мы с женой решили, что город с таким ужасным климатом не место для воспитания ребенка.

Николас кивнул. Фелтиррен действительно находился южнее, на равнине с гораздо более мягким климатом, чем в болотистом и дождливом Дивейде. А еще там никто не сможет помешать чете Явор делить огромное наследство Сесилии так, как они пожелают. По слухам, баронесса была сказочно богатой женщиной и большую часть состояния завещала внучке.

– Так чем я могу вам помочь?
– напомнил Николас.

Мистер Явор скромно опустил взгляд.

– Понимаете, мы продаем дом и мебель баронессы, но хотели бы взять с собой ее фамильные драгоценности. Это не та вещь, которую можно оставить без присмотра, и тем более не та, которую можно так просто перевозить через половину Тенакса. Мы собираемся ехать в Фелтиррен по Ливентскому тракту...

– Через Туманный лес?
– эхом откликнулся Эдвард.
– Это же самое опасное место в округе Дивейда. Разве вы знаете об этом? Там недалеко до границы с Чужими королевствами, и хотя благодаря Коллапсу нападения оборотней прекратились, там все еще осталась масса разбойников.

Явор развел руками.

– Увы, дожди размыли мосты через Белую реку, а делать крюк, хоть и по железной дороге, мне совершенно не по нраву.

– Но ехать на паровозе безопаснее, чем через Туманный лес...

– Мистер Эркан, - с такой интонацией, будто обращался к неразумному ребенку, сказал Явор, - я уже все просчитал. Железная дорога ведет в Конглобар, в противоположную сторону от Фелтиррена, если вы вдруг не знаете, где на карте находится мое поместье. С локомотива мне придется пересаживаться и все равно ехать по разным дорогам, которые среди местных считаются ужасно опасными! А тракт через Туманный лес сейчас единственный, по которому из Дивейда можно быстро попасть в Фелтиррен. Я не хочу увеличивать свое путешествие вдвое только из-за небольшого шанса, что на меня нападут разбойники. Чтобы исключить даже этот риск, мы и пришли к вам, мистер Катэн. Мы хотим, чтобы вы опечатали наши вещи и мы могли не опасаться ограбления.

– Конечно, - Николас хлопнул в ладоши, демонстрируя готовность к действию.
– В таком случае вам понадобится печать высшего класса, которую сможет снять только другой мастер печатей. Ему придется доплатить по приезде. Кстати, вы, естественно, уже ознакомились с ценами на мои услуги?

– Да, - натянуто ответила миссис Явор.
– Они очень... столичные.

Николас уловил в этом намек на дороговизну его запросов. И пусть. Он ведь не может заниматься такой ответственной работой за бесценок!

– Тогда нужно позвать полицейского, который удостоверит законность сделки, и можно приступать, - объявил он.

– Но мы надеялись, что вы приедете к нам в Адальбертхолл, - ответил мистер Явор с таким видом, словно для него это было что-то очевидное.
– Мы не рискнули привезти драгоценности с собой.

Ожерелья покойной баронессы из фамильного достояния Яворов однажды превратятся в их проклятие, если они так боятся тронуть их с места.

– Тогда я отправлю с вами своего помощника Эдварда, - Николас скосился на невыполненные заказы. Рядом с ними, заметно проигрывая в размерах, высилась стопка, увенчанная письмом для Нэнси. Работы хватало, и времени разъезжать по городским поместьям у Николаса сегодня не было.

– Помощника?
– миссис Явор оглянулась на Эркана с таким лицом, будто она увидела его в первый раз и увиденное ей не понравилось.
– Но мы надеялись, что печать поставит профессионал. Мы готовы дополнительно заплатить вам за выезд, если вы об этом.

Слова, что печати Эдварда ничем не хуже его собственных, застряли у Николаса в горле. Он откашлялся и пожевал губами, так и не произнеся заготовленную фразу. Строго говоря, Николас тоже не был профессионалом в том смысле, какой подразумевался до Коллапса. Он не мог ставить печати на живых существ, хотя в древности каждый уважающий себя мастер умел щелчком пальцев заставить человека замолчать, запечатав его губы, или обездвижить его. Но магия в Тенаксе еще не скоро восстановится до того уровня, какой она была до Коллапса, а если Яворам нужен профи нынешних времен, к тому же они готовы внести дополнительную плату...