Эдвард вздохнул.

– Мистер Катэн, вы устали. Во-первых, вы сами говорили, что второго мастера печатей в округе нет. Во-вторых, позвольте напомнить, что нас всего двое. Мы могли бы заняться опросом Дивейда и всех деревень возле него, но на это уйдет целый месяц. К тому же я...
– его тон странным образом изменился.
– Я поспрашивал у некоторых своих знакомых, нет ли в городе подпольного мага, который создает или вскрывает волшебные печати. Нет, никто о таком не слышал. Так что мы должны хотя бы осмотреть место нападения, а дальше мы с вами решим, что будем делать.

"Интересные у него друзья", - подумал Николас. Похоже, Эдвард не сидел сложа руки все эти полторы недели. Уже и к знакомым успел обратиться, и план разработать, судя по тому, как он четко его излагал.

– Ты, случайно, зол на полицию не потому, что они когда-то не дали тебе заняться частным сыском?
– на всякий случай спросил Николас.

Частных детективов в полиции очень сильно не любили. По понятной причине - своим непрофессионализмом они часто запарывали стражам порядка всю работу. А в Эдварде прямо кипела страсть к расследованию убийства Яворов, и то, как неодобрительно он отзывался о полицейских, наводило на определенные размышления.

Но помощник удивленно взглянул на нанимателя через плечо.

– Ничего подобного. Так мы завтра поедем в Туманный лес?

– Завтра?
– переспросил Николас. Ведь завтра понедельник, начало рабочей недели...

– Завтра на рассвете, - повторил Эдвард.
– В это время отправляется первый дилижанс в Туманный лес. Если вы серьезно хотите найти Сесилию, то приниматься за это нужно как можно раньше. Мы и так уже потеряли слишком много времени.

– Хорошо, - покорно согласился он, не чувствуя в себе сил спорить.

– Тогда до завтра, мистер Катэн. Встретимся на станции дилижансов. Пожалуйста, не опаздывайте.

Попрощавшись, Николас расслабленно откинулся на спинку кресла, думая, что Эдвард сейчас уйдет. Однако он застыл в дверях и, обернувшись, с теплотой произнес:

– Спасибо вам за то, что все-таки согласились помочь. Что бы на это ни повлияло.

Пусть даже это был виски. Машинально кивнув в ответ, Николас невесело подумал, что завтра наверняка пожалеет о своем решении. Но для этого следовало выспаться, иначе он снова не будет способен ни думать, ни тем более жалеть о чем-то. А завтра обещало настать до неприятного быстро.

Глава 12

Сон был крепким, тяжелым, и Николас далеко не сразу понял, что глухие выкрики "Сэр, проснитесь! Сэр, вы слышите?" - это не ночная фантазия, а действительность. Они звучали достаточно долго, но Николас категорически отказывался верить в их существование. Стрелки на белом циферблате, светившемся в блеклых отблесках рассвета, показывали шесть утра; нужно быть садистом, чтобы кого-то будить в это время...

Рассвет. Николас застонал. Черт побери, он ведь обещал поехать с Эдвардом в Туманный лес! Вчера его голова звенела, как церковный колокол, и после разговора в кабинете он направился прямиком в кровать, напрочь забыв предупредить Джона, чтобы его подняли перед рассветом. Сам Николас, конечно, вовремя не проснулся, да и глупо было на это рассчитывать - для него становилось проблемой вставать даже к девяти утра, чтобы к бою курантов быть готовым принимать новую порцию заказов из ратуши. Лет тридцать назад он бы вскочил на ура, но ведь тридцать лет назад - это не сейчас.

– Сэр, проснитесь, пожалуйста!
– отчаянно звал из-за двери Джон.
– Вас ждет мистер Эркан!

– Иду, - слабо ответил Николас.

Звуки вышли хриплыми, не хуже, чем у Эдварда. Он облизнул сухие губы. Плохой, очень плохой идеей было вчера набраться виски...

С трудом встав и затянув на поясе помятый халат, Николас раскрыл дверь спальни. Джон выглядел не лучше, чем он сам, - растрепанный, в полосатой пижаме. Николас уже и не помнил, когда последний раз видел дворецкого без ливреи. Его манеры, однако, остались безупречными.

– Доброе утро, сэр, - вежливо сказал он.
– Внизу мистер Эркан, он утверждает, что вы договаривались куда-то поехать сегодня на рассвете.

На его лице появилось недоверие. Еще бы - он отлично знал, что хозяин любит поспать и, будь он в здравом уме, никогда бы не назначил встречу в такую дикую рань. Но вот досада - в здравом уме он вчера не был.

– Это правда, - уныло подтвердил Николас.
– Принеси, что ли, ему чай с пирогом, пока я буду собираться...

Но от чая Эдвард отказался. И совершенно зря, потому что в те полчаса, в которые Николас умывался, одевался и приходил в себя, лучше было перекусить, чем мерить шагами холл и многозначительно покашливать. Он и не пытался скрыть раздражение, и его сложно было за это судить. Николас бы тоже не обрадовался, если бы ему пришлось вставать ни свет, ни заря и мчаться на станцию дилижансов, чтобы обнаружить, что его компаньон в это время сладко спит. Именно поэтому он и не заикнулся о том, чтобы перенести все на завтра, невзирая на отвратительное самочувствие и гул в ушах. Джентльмен всегда выполняет обещания, даже если готов проклясть тот день, когда их давал, а Николас и так подвел Эдварда, проспав встречу.