Помощник помог ему спуститься, и Николас несколько мгновений постоял на тротуаре, приходя в себя после сумасшедшей езды. Взгляд его против воли притянул возвышающийся над улицей Адальбертхолл. Это здание всегда восхищало Николаса, хотя у него был собственный особняк. Небольшой и старомодный Солихолл не шел ни в какое сравнение с величественным имением баронессы Ольстен - это был целый замок с гордыми шпилями, круглыми башенками и пафосными галереями. Он больше походил на владения королевского отпрыска, чем на дом барона.

Однако сцену, которая происходила на его крыльце, никак нельзя было назвать соответствующей тому впечатлению, который вызывал Адальбертхолл. Невысокий лысый человек в ливрее ожесточенно ругался с привратником, который грубо ему отвечал и под конец чуть ли не вытолкнул на ступеньки. Когда дверь с треском захлопнулась, мужчина в сердцах швырнул на каменные плиты саквояж и громко выругался. Отдышавшись, он все-таки подхватил сумку и зашагал прочь от крыльца.

– Кажется, Сесилия сегодня опять не принимает, - разочарованно произнес Николас.

– Не уверен, - сказал Эдвард.
– Сэр, пожалуйста, постойте!
– окликнул он человека, которого выставили из Адальбертхолла. Мужчина резко обернулся и уставился на Эркана таким взглядом, словно ожидал, что тот набросится на него диким зверем.
– Вы не подскажете, баронесса снова не принимает посетителей?

– Да если бы!
– ответил человек. Его плоское лицо было перекошено от злости.
– Принимать-то она принимает, да не тех, кого нужно. Вы видели этого деревенщину? Его только вчера вечером взяли дворецким, а он уже возомнил, будто имеет право увольнять старых слуг. Этот гоблинский сын даже не объяснил, за что меня выкидывают, и не дал толком собрать вещи!

Он в ярости потряс кулаком. Приглядевшись внимательнее, Николас узнал мужчину - он всегда сопровождал старую баронессу, когда та делала выходы в свет. Причина его негодования сразу стала понятна. Проведя столько лет в услужении семье Ольстен, он не думал, что однажды может лишиться своего места.

– Значит, леди Ольстен набирает новых слуг?
– хрипло спросил Эдвард.

– Скорее этим занимается мистер Атэр. Он гостит в Адальбертхолле всего три дня, а распоряжается им так, будто это его родовое поместье. Пускай газеты пишут про его великую храбрость, но, по-моему, он тот еще прохвост. Жаль, что леди круглыми сутками остается рядом с ним. Боюсь, он дурно на нее повлияет. А его сестра и того хуже... Хотя что я говорю... Вы ведь хотели посетить ее? Ну, тогда вам не избежать общения с Рианом Атэром!

Он выплюнул это имя с такой экспрессией, будто винил в своем увольнении не кого-то, а именно Риана. Это вполне могло быть на самом деле - вряд ли новый дворецкий стал бы избавляться от старых слуг без указания хозяев. Но чтобы спаситель юной баронессы, фактически чужой человек, позволял себе подобное поведение?.. Николас покачал головой. Нечто странное творилось в Адальбертхолле. Жаль, что в живых не осталось никого из родственников, кто мог бы присмотреть за сиротой.

– Мы благодарим за предупреждение, - сказал он.
– Надеюсь, вы найдете себе подходящее место.

Лицо слуги смягчилось.

– Спасибо, мистер. Надеюсь, что и вы добьетесь того, ради чего сюда приехали.

Когда он отошел на достаточное расстояние, Эдвард, подняв бровь, вопросительно взглянул на задумавшегося Николаса.

– Катастрофически не везет Сесилии, не так ли? Стоило спастись из лап бандитов, как появляется человек, прибирающий к рукам всех ее слуг.

– Если я правильно понял, на что ты намекаешь, то твои догадки ничем не лучше тех, что мог бы сделать детектив Монро, - Николас скривил губы.
– И вообще, Эдвард, брось уже сказочную идею с собственным расследованием. Это не наше дело. Мы здесь только для того, чтобы заверить леди Ольстен в отсутствии злых намерений и принести соболезнования.

– Да, мистер Катэн, - покорно кивнул помощник.

Вздохнув, Николас направился к крыльцу Адальбертхолла. Ох уж эта молодежь - что Чарльз Монро, что Эдвард... Не исключено, что пресловутый Риан и правда всего лишь очередной пройдоха, который вдруг обнаружил, что спас богатую сироту и попытался использовать юную и неопытную баронессу в своих целях. Но видеть во всем заговор - это уже слишком.

Глава 10

В гостиной было сумрачно. Полдень за окном был темным из-за собирающихся туч, вдобавок длинные узкие окна были задвинуты занавесками. Эдвард мрачным изваянием замер у стылого камина, изучая резное панно и маленькие круглые портреты семьи Ольстен на каминной полке. Сидевший в кресле Николас сложил на груди руки и недовольно покачивал одной ногой, закинутой на другую. Сесилия заставляла гостей ждать больше пятнадцати минут, и за все время никто не удосужился ни объяснить, почему она задерживается, ни предложить чая. Уволенный слуга был прав: новому дворецкому определенно не хватало знания этикета - и просто ума.