— Я знаю, госпожа, — все вокруг для Скайбрайт стало странно светиться.

— Ты дрожишь, Скай! Ты истощила себя, пока искала меня, — Чжэнь Ни отвела ее к кипарису и усадила у корявого ствола. — Ты не спала?

— Нет. Я должна была успеть.

— Ты и не ела, — Чжэнь Ни издала неодобрительный звук, и Скайбрайт прислонилась головой к дереву, почти улыбаясь. — Съешь, — сказала Чжэнь Ни, протягивая ей большую булочку. — Она вчерашняя. Таро, твоя любимая.

Скайбрайт откусила ее и вздохнула, медленно разжевывая, наслаждаясь вкусом. Когда она закончила, Чжэнь Ни дала ей флягу с чаем. Она выпила половину, радуясь привычному вкусу листьев жасмина.

— Госпожа, — наконец, сказала она, когда Чжэнь Ни перестала ее кормить. — Это я должна заботиться о тебе.

Госпожа сложила покрывало прямоугольником и расстелила на земле, загибая, чтобы использовать ту часть как подушку.

— Ты за мной всю жизнь присматривала, Скайбрайт, — и тут Скайбрайт поняла, что Чжэнь Ни в ответ заботилась о ней, хоть и по-своему. — А теперь поспи пару часов. Тебе нужно отдохнуть.

Она легла, не споря, и уснула раньше, чем Чжэнь Ни успела сказать что-то еще.

* * *

Смеркалось, когда Чжэнь Ни разбудила ее, легонько тряхнув за плечо. Птицы пели над ними. Скайбрайт потянулась, чувствуя боль по всему телу, но когда она села, то чувствовала себя отдохнувшей. Госпожа передала ей флягу с чаем, и она сделал два глотка.

— Спасибо, госпожа.

Чжэнь Ни подтянула к себе ноги, уткнувшись в колени подбородком. Она казалась еще тоньше, чем была несколько дней назад.

— Я не спала в первую ночь и отдохнула немного в одном из городов вчера. Но люди, которых послала мама, почти нашли меня, так что пришлось потом спать в лесу.

— Ты не боялась?

— Было ужасно страшно. Во тьме в лесу столько звуков, — Чжэнь Ни прикусила губу, и Скайбрайт не дала себе коснуться ее подбородка, чтобы помешать. — Я думала о Лэн, чтобы набраться смелости.

Скайбрайт кивнула.

— Я была в Чанг Хуа, говорила с официанткой.

— Мне повезло, что за едой пришлось заходить лишь раз. Меня все ищут из-за большой награды, — Чжэнь Ни мрачно улыбнулась. — Хорошо, что никто не приглядывался к той грязной официантке.

Скайбрайт рассмеялась.

— Думаю, мне повезло больше, чем вам, госпожа.

— Так и есть. Но я маскируюсь, — Чжэнь Ни улыбнулась, и Скайбрайт заметила, что дух госпожи взбодрился. — Я должна увидеть Лэн. Я вернусь домой, но я должна увидеть ее хоть раз. Чтобы увидеть, что с ней все в порядке, — Чжэнь Ни посмотрела на фонарь, и Скайбрайт заметила, что ее глаза были полны непролитых слез. — Так я хоть попрощаюсь, — госпожа вытерла лицо рукавом и подняла голову. — Ты пойдешь со мной?

— Конечно, — Скайбрайт потянулась к руке Чжэнь Ни, что озарял свет. — отправим письмо твоей семье, когда придем в дом Лэн?

— Да, тогда мы сможем написать.

Девушки разделили ужин из соленого хлеба, засахаренных орехов, красных фиников и побитого яблока с грушей. Чжэнь Ни разрезала булочку таро ножиком, что носила на поясе, и отдала половину Скайбрайт. Та смотрела на нож длиной с ее предплечье, удивляясь тому, что у госпожи есть что-то такое опасное. Чжэнь Ни, обернув лезвие тканью, улыбнулась.

— Я стащила его у няни Бай, — она сунула нож в ножны. — Я не могла идти без оружия.

— Я рада, что вы невредимы, госпожа, — Скайбрайт стукнула по земле. — Мне жаль, что я — не самая лучшая служанка, не самый лучший друг для тебя в пследнее время.

Фонарик едва разгонял тени, что окружали их, и глаза Чжэнь Ни в полумраке казались огромными для ее худого лица.

— Ничего подобного. Скайбрайт. Вот мы и вместе, у нас общее приключение! — госпожа сжала ее руку и улыбнулась. Скайбрайт собиралась откормить Чжэнь Ни, когда они вернутся в особняк Юань, пока ее щеки снова не станут круглыми и румяными.

Они устроились на ночлег. Чжэнь Ни повернулась к Скайбрайт спиной, они чувствовали себя защищено вдвоем, общаясь о ерунде, пока Чжэнь Ни не уснула, ровно дыша. Скайбрайт слушала ее дыхание, а потом и звуки леса, после чего все же уснула.

* * *

Впервые за последнее время Скайбрайт спала всю ночь, а потому при пробуждении у нее гудела голова. Чжэнь Ни отодвинулась от нее посреди ночи и теперь спала на спине, откинув в сторону руку. Ее лицо было умиротворенным в утреннем тусклом свете, она выглядела такой юной, уязвимой. Когда Чжэнь Ни проснулась, то она снова стала встревоженной, ее спокойствие заменила усталость и боль, которую она не могла скрыть.

Скайбрайт начала собирать вещи, и к моменту пробуждения госпожи уже готова была идти.