Марк Макара разразился целым потоком отборнейшей ругани. Вдруг он заметил незнакомца. Он угрюмо взглянул на него.

— Кто этот парень?

— Это Джек, — заискивающе сказал Билли.

Марк фыркнул. Незнакомец, усевшись на пне, спокойно набил табаком трубку и беспечно закурил. Марк встал.

— А знаешь ли ты, незнакомец, что у нас принято взимать плату за пользование здешним местом?

— Правильно, — подхватил Грязный Хэнк.

Смит энергично замотал головой, Билли зубоскалил, а Голландец навострил уши.

— Вноси плату, — хором воскликнули они.

Незнакомец опустил руку в карман. Увы! В кармане у него не было ни гроша.

— Жаль, ребята, но у меня нет денег.

— Забыл, наверное, получить по чеку из банка, — сыронизировал Грязный Хэнк.

— Если бы ты не разговаривал со мной, как джентльмен с джентльменом, — произнес Опасный Марк, — я бы подумал, что ты лжец. Я могу лишь сказать, что если ты не поймешь совершенной тобой ошибки, последствия могут быть не совсем приятны для тебя.

— Я повторяю, что у меня нет ни гроша.

— А не мог бы ты как-нибудь достать немного денег? Как насчет твоей любовницы? Не поможет ли она тебе?

— У меня нет любовницы.

— Что? У тебя нет любовницы? Ну, тогда вот что! Сегодня у меня будет новая любовница, и ты сможешь воспользоваться моей прежней. Я немного намял ей бока, но когда врачи подлечат ее, она будет довольно сносна.

— Я не хочу ваших проституток, — произнес незнакомец таким тоном, что Марк вскочил на ноги. — Мне никакие женщины не нужны. Я сказал, правду, что у меня нет денег. Имей я деньги, я не застрял бы здесь. Я не могу внести плату, но я могу вот что сделать. — Тут он внимательно осмотрел всю компанию. — Взамен платы я могу драться с одним из вас, или же с каждым по очереди, начиная с самого крупного.

Марк был поражен. Не ослышался ли он? Неужели ему, владыке побережья, брошен вызов в его собственной цитадели? Это было невероятно. Выпрямившись во весь свой рост, ужасный и волосатый, со сжатыми кулаками и злобно сверкавшими глазами, опустив голову, подобно быку, он направился к дерзкому незнакомцу. Но в этот момент из-за пальм, со стороны поселка туземцев, показались три женщины, и драка была временно отложена.

— Гладите, — сказал Билли. — едут вакханки побережья.

Схватив гитару, Грязный Хэнк затянул песню «Вот идет невеста».

Первая из женщин была любовница Гунсбурга. Это была популярная туземная танцовщица Гэби — изящная и довольно миловидная девушка. Вторая была рослая мужеподобная особа, вся заплывшая жиром, известная под именем Папино Пол, — она принадлежала Смиту. Обе были одеты в свободные кисейные платья, белоснежной чистоты и прекрасно выглаженные. Их ноги были обнажены, и пышные шелковистые волосы ниспадали на плечи. Шея каждой из них была обвита венком, а в локонах торчали Цветы.

Третья была молодая девушка лет шестнадцати. Она была одета также в белое кисейное платье, а на голове у нее красовался венок из белоснежных цветов. Ее бледное лицо резко отличалось от смуглых лиц ее спутниц. Несмотря на свой юный возраст, она была в пышном расцвете своеобразной экзотической красоты.

Подталкиваемая обеими спутницами, она вся дрожала и была, по-видимому, охвачена страхом.

— Иди, Зели. Вот он, вот он, Марк.

Марк Макара обернулся к незнакомцу, который невозмутимо продолжал сидеть на Пне и курить.

— Убирайся вон отсюда. Мы с тобой потом рассчитаемся.

Но незнакомец не трогался с места. Он, казалось, заинтересовался компанией. Опасный Марк сел и протянул вперед руки.

— Иди сюда, моя милая. Приди в мои объятия.

Его объятия казались объятиями свирепого медведя, а потому неудивительно, что девушка подалась назад, захныкала и отвернулась. Она была больше похожа на ягненка, которого ведут на заклание, чем на счастливую невесту. Ее потянули вперед могучие руки.

— Моя дорогая, награди возлюбленного долгожданным поцелуем.

— Она, кажется, не совсем отвечает тебе взаимностью, не правда ли? — заметил незнакомец.

Марк вздрогнул, повернулся к нему и окинул его мрачным взглядом.

— Что? Ты еще здесь? Я ведь велел тебе убираться отсюда. Ну, давай отсюда, а не то я тебя разорву на куски.

Затем он прильнул своей грязной рожей к красавице.

— Моя милочка, ты ведь любишь меня, не правда ли? О, ты моя красотка!

— Красавица и урод, — произнес незнакомец.

На этот раз разъяренный Марк встал. Он довольно грубо толкнул девушку на землю и направился к незнакомцу.

— Я так же красив, как и ты, — воскликнул он. — А ежели нет, то я сделаю тебя таким, что твоя родная мать тебя не узнает.

Его намерения были очевидны, но незнакомец и не думал подняться с места. Он спокойно продолжал курить. Это хладнокровие, казалось, поразило Марка. Он так и замер с занесенными кулаками.

— Тьфу! — презрительно произнес он. — Ты нахальный скотина. Одним ударом кулака я мог бы раздавить тебя, как червяка. Но ты не стоишь этого, ты…