Рог взвыл громче прежнего, и лавина демонов потекла по мосту. Они двигались медленно, без тактики и без хитрых построений, словно были совершенно уверены в собственном триумфе. Кто на двух, кто на четырех, кто на шести ногах. Имевшие крылья парили над Перешейком, но тоже не спешили, сохраняя единую линию атаки с наземными тварями. Скайпы возвышались над собратьями, медленно переставляя ноги-ходули. Урсулы карабкались по всем доступным плоскостям, включая боковины и днище моста. Чем дальше темные твари отходили от своего берега, тем выше и пронзительнее звучали их голоса. Ликующие вопли голодных монстров, которых вывели погулять впервые за несколько веков заточения.

Бром, стоя рядом с Абракадабром в своем ослепительно-белом балахоне, положил руку на плечо Главного Друида.

– Если мне суждено погибнуть, – тихо, но твердо сказал он, – развей мой пепел над заливом. В лучах рассвета. На теплом южном ветре.

Абракадабр удивленно покосился на товарища. Он знал, что при виде превосходящих сил противника у многих даже очень опытных воинов возникают совершенно необъяснимые мысли и желания. И почти все в такой ситуации делятся на две категории: одни ведут себя так, словно вокруг сидит с десяток летописцев и художников, фиксирующих для истории каждое движение лицевых мускулов героя и каждый его вздох; другим совершенно наплевать на весь мир, и все их помыслы направлены на собственное спасение любой ценой. Обе категории объединяют только две вещи – и тем и другим отчаянно страшно, и все они нуждаются в поддержке.

– Именно на южном? – как можно более серьезно уточнил Абракадабр.

– М-м?.. Ну да, он же теплый, – немного подумав, ответил Бром.

– И непременно на рассвете?

– А что?

– Видишь ли, учитывая местную розу ветров, могу предложить тебе восточный ветер. Он бывает здесь гораздо чаще, и как раз по утрам. Притом он тоже теплый и дует со стороны восхода, что мне кажется символичным.

– Да? Что ж…

– Не хотелось бы, честно говоря, сидеть здесь пару недель с урной в руках, ожидая подходящей погоды…

– Конечно, – кивнул Бром несколько озадаченно, – я понимаю. Думаю, что восточный тоже вполне сгодится.

– Ну и славненько. – Абракадабр тоже кивнул и выпустил облачко табачного дыма.

Если кто-то перед битвой серьезно намеревается в ней погибнуть, лучший способ отвлечь воина от таких мыслей – во всем с ним согласиться. Не получив ожидаемых утешений и разуверений в собственных мрачных предчувствиях, хандрящий обычно назло судьбе приободряется и сражается за свою жизнь с удвоенной энергией. Хотя бывает, что этого оказывается недостаточно, и тогда можно пошутить, желательно над врагом. Абракадабр тихонько толкнул Брома локтем в бок:

– Помнишь, Эммануил бежал из Цитадели с фикусом в руках?

– Да, с засохшим таким.

– Мы еще думали, что он в кадке Книгу Переходов и Пересадок прятал.

– Разве не так?

– Нет, Книгу он утащил из Цитадели другим способом. Когда я вчера приехал в Черные Дебри, решил прогуляться на то место, где у орков была стоянка. Побродил кругами и нашел эту кадку. То ли он ее потерял, то ли просто выбросил. Фикус был не тронут. Я вытряхнул землю и обнаружил сокровище Эммануила.

– И что там оказалось?

– Не поверишь, – хихикнул Абракадабр, – любовная поэзия. В кадке хранилась металлическая колба с рукописями Эммануила. Дневники и стихи бывшего Главного Друида. Можешь себе представить?

– И как?

– Настолько отвратительно, что я выбросил эту писанину в болото.

– Занятно, – улыбнулся Бром. – Как думаешь, они сами боятся?

– Зигмунд и компания? Я думаю, они в панике.

– Хорошо, – расправил плечи Бром. – Это они правильно делают.

Зигмунд обеими руками вцепился в поводья, пытаясь удержать скакуна, который при виде демонов устроил форменную истерику. Стивен, Эммануил и Кричер робко жались к королю, с ужасом оглядывая чудищ, проходящих мимо. Джулианс спрятался в шатер, сказав, что скверно себя чувствует и ему надо побыть в тишине и уединении.

– Интересно, а где Драгомор? – пытаясь не думать о жителях междумирья, спросил Стивен.

– Не знаю, – ответил Зигмунд, с трудом сохраняя равновесие в седле. – Как было написано про его явление? Время не указывалось?

– Нет. – Кричер увернулся от хвоста громадной пятнистой туши, протопавшей рядом. – Сказано, что на девятый день Пророчества Камень укажет место.

– Это надо из Тронной Башни или с воздуха следить за лучом, когда он появится, – сказал Эммануил, изо всех сил сжимая древко секиры и провожая взглядом монстров.

– Недодумали, – сокрушенно покачал головой Стивен. – У нас в городе остался кто-нибудь, кто может изучить состояние Камня?

– Нет. – Король подпрыгнул, звякнув забралом. – Там только матушка и гвардейцы.

– Хозяин! Повелитель!

Зигмунд с трудом повернулся и увидел орков. Они бочком пробирались к королю, полными ужаса глазами разглядывая демонов.

– Мы прибыли. – Рой поклонился.

– Это известие – просто луч света во мраке нынешней ситуации, – пробубнил Зигмунд.