Страх того, что кошмары вернутся, как только я приеду домой, поглотил мой разум, но сомневаюсь, что мне действительно есть о чем беспокоиться. Волк пришел за мной ночью, так что можно с уверенностью предположить, что не кошмаров я должна бояться.

Нет. Бояться надо большого черного зверя со светло-серыми глазами… и великолепного, явно опасного мужчину, в которого тот превратился.

— Ладно, тетя Таша, я пойду приму ванну и хорошенько отмокну. Надеюсь, ванна поможет, и боль пройдет, — сказала я, потирая затылок и пытаясь избавиться от странного покалывания.

— Хорошо, иди отдохни, надеюсь увидеть тебя утром в добром здравии.

Тетя обхватила ладонями мое лицо и поцеловала в лоб. Но не отпустила сразу, а смотрела мне в глаза, словно искала в них ответы. Правда, не знаю какие. Погладив меня по щеке, она отступила и направилась в свою комнату.

Наконец-то, хоть какой-то мир и покой. Исчезли едкий запах больницы и случайные незнакомцы, задающие вопросы, на которые я либо не помнила ответы, либо же не хотела на них отвечать.

Я зашла в ванную и мысленно поблагодарила тетушку за то, что она сохранила гигантскую ванну на ножках. Вся комната словно окутана ореолом женственности. Стены окрашены в глубокий бордовый цвет, создающий уютную атмосферу, а столешница из серебра и белого мрамора очень хорошо контрастирует с полом из темного дерева.

Ванна на ножках — главная изюминка комнаты. Французские двери ведут на небольшой балкончик, но на нем вполне достаточно места, чтобы я могла посидеть там с книжкой и почитать, если мне вдруг захочется.

Но не сегодня. Сейчас я просто хочу искупаться и лечь в постель. Хотя сомневаюсь, что смогу поспать нормально, но все равно попробую.

Включив воду, я начала медленно раздеваться, стараясь не тревожить плечо. Вспомнив совет доктора Сноу, я прикрыла участок кожи, где наложили швы, повязкой, которую он мне выдал. Придется очень осторожно мыть волосы.

Странное темное пятно привлекло мое внимание в зеркале. Детально рассмотрев его, я поняла, что это огромный синяк. Затем прошлась по телу взглядом снизу вверх, изучая последствия приключений прошлой ночью.

Мои длинные волнистые светло-рыжие волосы, кажется, стали менее волнистыми, а цвет стал темнее. Карие глаза по прежнему светились мягким золотистым блеском, по поводу которого мне часто делали комплименты. Только теперь под глазами залегли темные круги, да и ободок вокруг радужки глаза, кажется, значительно... темнее обычного.

Святое дерьмо. Ободок вокруг радужки стал темнее!

Сердце бешено колотилось, я медленно подошла ближе к зеркалу и наклонилась так близко, как могла.

Хм. Ничего. Глаза выглядят нормально. Я наклонила голову влево, потом вправо, разглядывая каждый глаз поочередно.

Ничего.

Должно быть показалось.

Тетя пыталась очистить мое тело от грязи после нападения, но в некоторых местах моя бледная кожа все еще покрыта ею. Я до сих пор коротышка. И слишком худая, так как еда не являлась для меня главным приоритетом в течение последних нескольких недель. Губы по-прежнему слишком большие для моего лица. В целом, я та же Сэди.

Так почему же я чувствую себя так странно?

Я направилась к ванной, дождалась, когда она полностью наполнится горячей водой, и скинула оставшуюся одежду.

Затем выключила воду, добавила расслабляющие масла и погрузилась в ванну. Прохладный ветерок веял из открытых балконных дверей. Ах, идеально. Спокойствие — именно то, что доктор прописал.

Безмятежно полежав несколько минут, я стала мыть свое тело с головы до пят, так тщательно, как это возможно с одной рабочей рукой. Вымывшись, я добавила горячей воды в ванну и откинулась назад, вдыхая аромат лавандового масла.

Моя голова склонилась набок, а веки отяжелели от воздействия лекарства, и мне стало спокойно. Очень спокойно.

Слишком спокойно. Помню, доктор Сноу сказал, что лекарство может вызывать сонливость, но такого я еще никогда не испытывала. Может быть, это смесь лекарства и истощения, кто знает, но мое тело вдруг превратилось в желе. Как будто я под действием наркотиков. Я счастливо вздохнула, позволяя себе и дальше погружаться в блаженное расслабление.

Теплая рука заскользила по моей ноге.

Мои веки затрепетали, они казались слишком тяжелыми и мне было сложно открыть глаза. Так или иначе, мне все же удалось открыть их наполовину и попробовать сосредоточиться на том, что было передо мной.

Начал формироваться образ — серые глаза, прямой нос, темные волосы и сочные губы, за которые убьет любая женщина.

О, Боже. Это он.

Он.

— Привет, мой сладкий Рыжик.

Его рука двигалась по моей ноге; дарила ласки, такие мягкие, словно прикосновение перышка, затем его рука прошлась по лодыжке и двинулась вверх до внутренней стороны бедер.