Ирина, выдувая дым прямо перед собой, взглянула на Люду и произнесла:

–  Ну, знаешь… Говори, но не заговаривайся!

Недолгое молчание прервал Пирогов.

–  Все, - сказал он, глядя на часы.
– Ровно двенадцать. Сейчас начнется…

–  Давно пора, - вполголоса, словно себе самой, произнесла Ирина и, поднявшись с кресла, коротко сказала Пирогову: - Проводи меня!

Вершины гор уже порозовели в лучах восходящего солнца, а на северном склоне, к которому прицепился охотничий приют, все еще царили серые сумерки.

Люда проснулась от запаха сигареты. Она ненавидела этот запах, особенно если курили там, где она спала. Пуховик Белкина и куртка Вешнего, которыми она кое-как накрывалась ночью, валялись на полу. Не открывая глаз, Люда схватила что попало под руку и накрылась с головой, но спрятаться от запаха табака ей все равно не удалось. «Как мне плохо, как мне плохо!» - подумала она, понимая, что уже не получится вернуться в сон и уйти от реальности, которая при первом прикосновении начала терзать душу.

–  Ты можешь покурить на улице?
– недовольным голосом пробормотала она, скидывая с головы пахнущий старьем пуховик.

–  Можно, - буркнул Белкин, кидая окурок в камин.
– Но сейчас я тебе такое скажу, что сама закуришь…

Люда сразу поднялась с дивана, опустила ноги на пол, убрала волосы с лица.

–  Что?
– глухим голосом спросила она, глядя на Белкина со слабой надеждой, что он скажет ей совсем не то, о чем она думала.

–  Вешний пропал.

–  Как пропал? Ты наверху смотрел?

–  Смотрел… Да нет его в доме.

–  Может, он вышел в туалет?

–  Может, - согласился Белкин и добавил: - Только я не знаю, что там можно делать два часа.

Он поставил на край стола две рюмки, наполнил их и кивнул Люде.

–  Чокаться не будем.

Залпом выпил и занюхал кусочком хлеба.

–  Так, - произнесла Люда рассеянно и провела ладонями по груди, животу, будто хотела разгладить помятую кофточку.
– Отвернись, пожалуйста, мне надо привести себя в порядок.

Белкин, коль ему необходимо было на некоторое время разлучиться со столом, снова наполнил рюмку, бережно взял ее и отнес к окну.

–  Я слышал, как он уходил, - говорил он, глядя на залитый солнечным светом двор, ворота с замком и лежащий на снегу труп Земцова, накрытый куском брезента.
– Еще было темно. Я тоже подумал, что он пошел в туалет. А вот сейчас проснулся, посмотрел на часы - блин горелый! Два часа прошло, а Андрюха не вернулся!..

Люда, стоя перед зеркалом, опустила нижний край кофточки на джинсы широкой складкой, повернулась одним боком, другим - все выглядело естественно и аккуратно, и то, что она прятала, не было заметно. Она вернулась к дивану, села, закинув ногу на ногу, и стала смотреть на затылок Белкина.

–  …надо было, конечно, не выпускать его. Потерпел бы, хотя бы до рассвета, - продолжал говорить Белкин, медленно поворачиваясь.
– Можно?.. Я сам уже час мучаюсь, на месте подскакиваю, жду, когда все проснутся… Что ты на меня так смотришь?

–  Ничего… А где Пирогов?

–  Наверху. Он вытащил в коридор раскладушку и спит под дверью комнаты Ирины.

–  И сейчас спит?

–  Сейчас, может быть, уже не спит… Взгляд у тебя какой-то странный.

–  Нормальный взгляд. А ты хочешь, чтобы я сияла от счастья?

Она встала, чтобы подняться на второй этаж и убедиться, что Пирогов и Ирина находятся там, но тут ступени дружно заскрипели.

–  Доброе утро!
– со свежей улыбкой объявила Ирина, спускаясь в гостиную. Она была в голубом спортивном костюме с широкой красной полосой на груди. За Ириной скакал взлохмаченный Пирогов.

–  Не уверена, что оно доброе, - произнесла Люда.

–  Почему?
– продолжала улыбаться Ирина.
– Солнышко… А Федя, насколько я поняла, уже опохмелился?

–  Вешний пропал, - сказала Люда. Она сказала об этом теми же словами, что и Белкин, хотя могла сказать иначе, в чем не сомневалась: «Вешнего убили». Но это были слишком страшные слова.

–  Пропал?
– повторила Ирина и поморщилась.

–  Ничего себе!
– схватился за голову Пирогов, но могло показаться, что его эта новость не слишком-то шокировала.
– Опять все та же хренотень!

–  Он ушел два часа назад и не вернулся, - гробовым голосом пояснил Белкин, чтобы до Ирины быстрее дошло: между опохмелкой и поминками - большая разница.

Улыбку с ее лица как ветром сдуло.

–  Как же так?
– пробормотала она.
– Не может быть… Этого не должно было случиться… Вы видели труп?