Она красиво и легко улыбалась, словно не было конца рабочего дня и то, что она делала, доставляло ей громадное удовольствие. Зеленоватые глаза и чуть вздернутый нос не портили ее милое лицо и даже придавали ему некоторый шарм. Взгляд ее, иногда казавшийся рассеянным, слишком часто останавливался на лице Вацуры, будто девушка оценивала его кредитоспособность или, может быть, пыталась угадать, сколько он даст ей на чай. Но она взяла точно по кассовому чеку и без лицемерия отказалась оставить себе сдачу. Будь она чуть выше ростом, ей бы не с подносом между столов лавировать, а вышагивать по подиуму, подумал Кирилл, когда официантка в очередной раз приблизилась к его столику.

–  Вы остановились в гостинице?
– спросила она, ставя перед Вацурой чашечку с кофе.

–  Хотел бы там остановиться. Но пока жду, когда освободится хоть один номер.

Она убрала на поднос пустую тарелку. Он вблизи рассмотрел ее руки. Не слабые, загорелые, но по-женски изящные пальцы с ухоженными ногтями. На запястье болтается недорогая золотая цепочка. На другой руке на этом же месте виден отчетливый белый след - то ли от часов с широким ремешком, то ли от веревочной петли на лыжной палке. Так бывает, если много времени проводить на лыжных склонах.

–  В «Ковчеге» всегда бывают свободные места, - сказала она.
– А сегодня прямо столпотворение какое-то. Днем сюда приехала целая группа - тоже хотели устроиться. Ничего не получилось, ушли… Вы весь пакетик сахара высыпайте, а то несладко будет. Я сладкое люблю и сразу два пакетика высыпаю.

–  А куда эта группа ушла?
– спросил Кирилл, помешивая ложечкой.

–  Не знаю, - пожала плечами девушка. Она принялась старательно смахивать щеткой крошки со скатерти.
– Наверное, в поселок. Там всегда можно снять угол.

–  Много было людей?
– уточнил Вацура, незаметно отодвигаясь от стола, чтобы крошки не попали на него.

–  Человек пять, - не сильно стараясь быть точной, ответила девушка, склонила голову набок, поправила высохшую колючку в вазочке и добавила: - Или десять… А вам не все равно?

–  Это мои одноклассники, - вздохнув, ответил Вацура.
– Я опоздал на встречу.

–  О-о-о!
– протянула девушка и с интересом взглянула на Вацуру, как если бы он назвал себя одноклассником президента.
– Как вам не повезло! А меня зовут Вера…

Он пил кофе и вспоминал школьные годы. Интересно, кто приехал? Войтенко как организатор должен приехать обязательно. Правда, от кого Вацура не ожидал организаторских способностей, так это от него. В школе Костя был серой мышью с серой внешностью, дружил с Пироговым, и этот посредственный союз отпечатался в его памяти менее всего.

А чаще всего Кирилл вспоминал Люду. Рыженькая официантка была немного похожа на нее - своей непосредственностью, что ли? И глазами, наполненными каким-то скрытым желанием начудить, что-нибудь выкинуть этакое… Впрочем, такими были только глаза. Люда не выделялась ни поведением, ни одеждой. В отличие от большинства одноклассниц, она ничего не делала для того, чтобы понравиться мальчикам, и вела себя так, как ей было удобно. Наверное, знала, что достаточно привлекательна. Но случалось, что парни на нее странными глазами смотрели и стороной обходили. Учительница по литературе, женщина одинокая, бездетная, с явными признаками неврозов, на каждом уроке слезами обливалась от жалости к судьбам литературных героев. Рассказывает про Катерину и плачет. И от Наташи плакала, и от Анны, и от Сони. Большинство в классе украдкой хихикали и крутили пальцем у виска. А Люда сидела на последней парте и тоже вытирала слезы. У двух человек в школе была болезненно ранимая душа: у учительницы по литературе и у Люды…

–  Вы лучше спускайтесь в поселок, - посоветовала официантка, вернувшись к столу с пачкой салфеток. Она стала пристраивать их в салфетнице.
– Мы скоро закроемся, и тут вообще станет темно и страшно… - Она взглянула на Кирилла, и ему показалось, что в ее глазах мелькнул суеверный страх.
– Вы еще не слышали про медведя?

–  По радио слышал… Неужели он такой страшный?

–  Вы напрасно смеетесь!
– Она присела на край стула.
– Это ничего, что я посижу с вами немного?.. Не думайте, что это все выдумки. Он уже сожрал пять или семь человек. Я, например, видела его следы. Вот такие!

И она поставила перед лицом растопыренные ладони.

–  Это как раз то, что мне нужно, - заверил ее Кирилл.
– На мелкого медведя охотиться неинтересно. Все равно что на собаку.

–  Так вы охотник?
– Девушка, словно желая убедиться, что Кирилл говорит правду, опустила взгляд на рюкзак и продолговатый предмет в брезентовом чехле.

–  Спасибо, - поблагодарил Кирилл, отодвигая пустую чашку.
– Еще бы выпил, но это все без толку. На меня кофе не действует, я от него даже лучше засыпаю.

–  Ну так как вы решили?
– стараясь не быть навязчивой, спросила девушка.
– Если посидите еще пятнадцать минут, я проведу вас в поселок самым коротким путем. Есть тут одна тропинка…

–  Я все-таки попробую устроиться в гостинице, - отказался Кирилл, сам не зная почему - девушка была весьма привлекательной, и ее умеренный интерес к Кириллу давал ему шансы на приключение, от чего он обычно никогда не отказывался.

–  Как хотите, - не скрывая сожаления, ответила девушка и встала из-за стола.
– А вы что ж, с самого утра отправитесь на охоту?