– И вы строем не ходите?

– Почему же. Дисциплина почти военная, с уклоном на наш возраст. Но зато у нас куда интереснее, чем в детдоме или в какой семье.

– Что тут происходит?

Из окна учительской Даша увидела, как к ребятам в беседке подошел парнишка в форме кадета. И судя по всему, у них с одним из вновь прибывших случился конфликт. Вот она и поспешила. Мало ли. Хотя местные воспитатели не очень обращали внимание на стычки между детьми, ей подобное претило. К тому же ответственность за новичков пока что лежала на ней, да и, честно говоря, детей она любила, жалела, а конфликты между ними принимала близко к сердцу.

Будь ее воля, она непременно набила бы морду лица тому умнику, что додумался до таких экскурсий, после которых детей приходилось буквально отпаивать успокоительным. Истерики случались у подавляющего большинства, причем совсем не обязательно только у девочек или самых младших. Однако местное руководство называло это шокотерапией. И надо признать, что она приносила свои плоды: если в самом начале случались побеги детворы, неизменно заканчивавшиеся летально, то после таких экскурсий не было ни одного случая.

– Здравствуйте. Вы воспитатель? – жизнерадостно поздоровался кадет.

– Здравствуйте, молодой человек. Да, я воспитатель, Дарья Витальевна. А вы кем будете? Не думала, что кадеты квартируют в Платиновом.

– Не квартируют. Меня командировали сюда для вербовки новичков.

– Яс-сно. Агитбригада в одном лице.

– Так точно.

– Что же вы, господин вербовщик, не посетили директора, а сразу приступили к несанкционированной вербовке?

– Да я, собственно, и не собирался так сразу-то. Просто гляжу, ребята только с Земли, вот и захотелось поговорить, – обведя взглядом присутствующих, с самым невинным видом проинформировал кадет.

– Нехорошо обманывать взрослых, – погрозила ему пальчиком Юля, когда Дарья Витальевна направилась обратно в здание распределителя.

– А зачем их посвящать во все наши дела? – пожал плечами подросток. – А ты, Паленый, на меня не дуйся. Просто тут вся шелуха слетает в момент. Поймешь это быстро – не растеряешь свой авторитет. Станешь держаться за старые привычки – распрощаешься с ним, и очень скоро. А тебя как зовут, красавица?

– Ишь ты! Военный, красивый, здоровенный.

– Вот же заладила. Говорю же, не военный. Ну так как?

– Ну Юля.

– А я Вова. Вы вот что, ребята. Я сейчас к директору и обратно, а потом давайте все вместе в чайную завалимся, посидим. Тут у тети Светы такая выпечка, закачаешься. Я, честно говоря, только из-за ее чайной сюда и напросился. По всей Колонии нет больше такого кондитера.

– А тревогу не поднимут? – усомнилась Юля.

– Так мы предупредим, – пожал плечами Вова. – А если что, так у меня радиостанция имеется, – хлопнул он по черной коробочке на поясном ремне.

– Ну иди, отпрашивай, – распорядилась девчушка, которой, похоже, этот кадет понравился.

– Матвей Сергеевич, я все спросить хотела. А почему мы только требуем, чтобы дети курили в строго отведенных местах, и не спрашиваем за само курение? Ведь они губят свой молодой организм.

– А вы разве не в курсе, Дарья Витальевна?

– Не в курсе чего?

– Ну того, что местные условия способствуют отвыканию от курения. Среди колонистов дай бог если десять процентов курящих найдется, да и то в основном это вновь прибывшие, а из старожилов едва один остается. Кстати, куда проще и пить бросить, и с наркотиками завязать. А вы разве не замечали этого раньше?

– Видеть-то видела, но замечать не замечала.

– Понятно. А тем не менее на Колонии есть такой феномен. Ох и Власов, ох и жук, – покачал головой директор, подойдя к окну в учительской. Возможно, ему хотелось перевести разговор в другое русло.

– Вы о чем, Матвей Сергеевич? – удивленно отреагировала Даша.

– Нет, вы видели, какого орла прислал Власов?

На этот раз кивок в сторону окна, в которое было прекрасно видно, как гурьба ребят выходит из ворот приемника-распределителя. Девушка посмотрела в ту же сторону, но только пожала плечами, не видя в этом ничего предосудительного. Тем более директор сам же и разрешил посещение чайной.

– А что не так?

– Да все так. Просто рубь за сто, пока этот агитатор будет тереться в Платиновом, никто другой не получит ни одного ребенка. Все выстроятся в очередь к Власову. Ну сами посудите, как не пойти за эдаким красавцем, который словно сошел с агитационного плаката.

– Я вот все удивляюсь местным порядкам. К чему такие сложности? Разве нельзя просто распределить ребят?

– Не-эт. Их против своей воли уже притащили на Колонию. Выбор у них, конечно, невелик, но уж его-то они должны сделать сами. Они ведь уже личности. Маленькие, но личности, потому что умудрялись самостоятельно выживать там, на Земле. Вот и обращаться с ними нужно как с личностями, – убежденно произнес директор – все еще крепкий мужчина пенсионного возраста.