Мы крепко обнялись, затем чуть отступили в разные стороны и посмотрели друг на друга.

— Ну как ты, Митя? — первым спросил я и Митя довольно улыбнулся.

— Нормально. Сейчас уже все хорошо. Вот, переехал сюда. — он кивнул на пятиэтажное здание, видневшееся из-за деревьев парка.

— Молодец! — обрадовался я. — Митя, я же тут рядом, мой дом с твоим по соседству. Вон, видишь? Второй этаж, квартира семь. Так что, мы соседи.

— Я так и понял. Как тебя увидел, сразу понял, что мы опять вместе будем.

Митя присел на лавочку, я последовал его примеру.

— А ты давно здесь живешь? — спросил меня Митя.

— Уже три года. Здесь очень хорошо. Свежий воздух, поблизости никаких заводов, трасса далеко, вобщем, тишина и покой… И люди здесь добрые, отзывчивые…

— Знаю. — Митя не переставал улыбаться. — Володя Жмыхин рассказывал, он же здесь раньше жил…

— Володя?! Да ты что?! Когда ты его видел? — удивился я.

— Да вот, пару недель назад. Он сейчас возле Малых Сопок обитает.

— И как он?

— О-о-о-о… — протянул уважительно Митя. — Вовка теперь большой человек у нас. К нему просто так не подойдешь. Генерал.

— Генерал? — поразился я. — Как же это он…

— Да, генерал. — Митя сказал это с такой гордостью, будто он сам, а не наш общий старый товарищ стал генералом. — Суров, правда. К нему просто так не попадешь, допуск специальный нужен. Жмых у нас Суворов и Наполеон в одном

лице.

— Ну дает! — я искренне порадовался за Жмыха и тут же спросил. — А Петьку не видел, случайно?

— Видел Петьку. Тоже недели две назад. У Петьки неприятности большие.

Я нахмурился:

— Что такое?

— Он мафии нашенской дорогу перешел. Ищут его. Выслеживают. Он сам зашуганый постоянно, на любой шорох оборачивается…

— Да что же он натворил такого?

— Не говорит он. Боится, что всех свидетелей могут тоже убрать. Я думаю, там что-то серьезное… Жмых обещал помочь, не знаю, получится ли…

Я вздохнул. Петька постоянно куда-то влезал и что-то раскапывал. Дотошный мужик он по натуре, любопытный.

Чрезмерно любопытный.

И ведь роет всё там, где за любое неосторожное слово голову откручивают: мафия, правительство, спецслужбы.

— Леха вот куда-то пропал, ни слуху, ни духу… — начал было Митя и осекся, видимо, из-за моего помрачневшего лица.

— Это ты верно сказал, ни духу. Умер Леха. Погиб.

— Как так?! — выдохнул Митя.

Я сделал скорбное выражение лица, отвернулся в сторону и тихо сказал:

— А вот так. Стал на подоконник и… Пятый этаж, внизу асфальт.

Говоря эти слова, я вспомнил этот случай и чуть вздрогнул.

— Даааа… Леха всегда летать хотел. — фраза у Митьки получилась какая-то неловкая и мы замолчали; то ли поминая покойного, то ли не зная, что еще сказать.

— Ну а сам-то ты как, Женька, а? — нарушил молчание Митя.

— Да все так же. Потихоньку, помаленьку… Вот, в писатели кинулся.

— В писатели?

— Ага. Роман пишу. Точнее, уже дописал, сейчас издал пробную партию. Под псевдонимом. Все-таки страшно немного — вдруг не понравится читателю?

— А о чем роман, если не секрет? — поинтересовался Митя.

Я пожал плечами:

— Вообще-то, знаешь, я первый раз пробую себя на этом поприще, но… Мне кажется, роман получился хорошим. Юмористичный роман о похождениях одного солдата, действие происходит на фоне Первой Мировой войны…

Мне бы сразу обратить внимание на то, как изменилось выражение лица Мити, но я уже слишком увлекся.

Как говорится: "и тут Остапа понесло".

— … всюду тайная полиция, доносы, аресты, а в центре внимания простой обыватель, попавший в армию…

— Женя… — хриплым голосом перебил меня Митя. — … ты ничего не напутал?

— В каком смысле? — недоуменно спросил я.

— Это т_в_о_я книга?

— Ну да. А что?

— А то, Женя, — гневно бросил мне в лицо Митя, — что во-первых, плагиат — это последнее дело, а если этот плагиат еще и украден у друга, то… За это морду бьют!

— Митя, объяснись немедленно, что ты имеешь ввиду?! — возмутился я.

— Что?! А вот что! — с этими словами Митя задрал свитер и я увидел заткнутую за пояс брюк большую красную книгу в твердом переплете.