— Только не японская кухня, — отрезал Алексей, Лизе это показалось, по меньшей мере, странным. — Поехали лучше в этот новый ресторан, который в старой усадьбе на Таганской площади, как он называется-то?

— «Гусятникоff» — подсказала Лиза. Это место казалось девушке уж слишком по-имперски пафосным, чтобы считать его уютным и приятным. — Мы прямо сегодня из усадьбы в усадьбу, — усмехнулась она.

— Только ту хоть лучше воссоздали, чем то, что понастроили здесь, — Алексей махнул рукой в сторону псевдо-английского новодела, а Лиза некстати вспомнила его недавнюю лекцию на тему архитектурного наследия, серьезно воспринимать которую было невозможно из-за обнаженной натуры «лектора».

— Ну все, тогда встречаемся в ресторане, — согласилась Лиза. — Я поехала.

— Ты что на машине что ли? — удивился Алексей.

— Ну да, а как же я сюда-то приехала? — не поняла Лиза. — Ну все я побежала, встретимся на месте, на Таганке даже в выходной невозможно припарковаться.

— Подожди, вместе поедем, — остановил ее Алексей.

— Со мной поедешь, — улыбнулась Лиза.

— Нет, ты со мной, — сказал Корнилов.

— Нет, так не пойдет, — рассмеялась девушка, — Мне в понедельник на работу, я тут машину бросать не могу, а твою водитель забрать может. Так что давай, или со мной, или по отдельности.

Алексей покорно направился следом за Лизой. Он, конечно, отдавал себе отчет, что на дворе XXI век, женщины давно обрели самостоятельность и вовсю управляют миром, вот только его самого с детства окружали женщины, которые ничего не делали сами — их любили, опекали, оберегали и не давали даже сесть за руль, зачем? — если есть муж-брат-водитель. И именно таких женщин Корнилов выбирал и в своей взрослой жизни, такой была и Саюри — юный трепетный цветок.

Вечер оказался приятным и каким-то тягучим, Лиза с Алексеем на удивление быстро доехали до центра и были радушно приняты метрдотелем ресторана, который просто не мог скрыть восторга от возможности принять господина Корнилова.

— А вот нас с девочками он едва удостоил вниманием, когда пару месяцев назад мы собирались здесь на девичник, — не удержалась от колкости Лиза.

— Мне вот всегда было интересно, чем занимаются на девичнике, — спросил Алексей. — Как проходит мальчишник, я более-менее представляю, а вот девичник — это terra incognita.

— Ну, учитывая, что наши девичники бывают раз в месяц, то проходят они по-разному, — ответила Лиза.

— Сколько же у тебя подруг, чтобы раз в месяц устраивать девичник? — удивился Алексей.

— А при чем здесь количество подруг? — не поняла Лиза.

— Ну девичники же устраивают перед свадьбой, это ты что же раз в месяц ходишь на свадьбы?

— Боже мой, нет! — рассмеялась Лиза. — Последней из моих подруг замуж выходила Катя, но у нее девичника никакого не было, Сергей охранял ее как коршун. Девичником я называю обычные посиделки с подругами.

— Ты меня успокоила, — Алексей с улыбкой откинулся на спинку стула.

Зря Лиза опасалась чопорности ресторана, они с Алексеем расположились в небольшом кабинете, оформленном в духе кабинета английского джентльмена: небольшой камин, теплые молочные стены с изображениями охоты в темных рамах, высокие обитые плюшем кресла, тяжелые шторы и трепетные лилии в вазе на середине стола. Алексей с восторгом поглощал утиные котлеты и хрустел солеными огурцами, Лиза, покончив с салатом из тигровых креветок, неспешно поедала ежевичный пирог.

— Не против, если я закурю? — спросил Алексей.

— Кури, мне нравится запах табачного дыма, — разрешила Лиза. Алексей удивился — запах сигарет всегда раздражал его нежную Саюри. — Здесь колоритно, правда? — сказала девушка. — Но мне, честно говоря, больше нравится «Гусятникоff-клуб», это соседнее здание. Ты был там?

— Нет, не был, — ответил Алексей, затягиваясь сигаретой.

— Знаешь, если здесь — такой экскурс в прошлое, то в клубе — буйство настоящего: ультрасовременная мебель, столы из кожи ската, хром, стекло.

— Тебе не нравится, когда так бережно воссоздают прошлое? — Алексей окинул взглядом винтажную мебель, сохранившийся паркет XIX века на полу.

— Почему же нравится, но я при этом не забываю, что жить-то надо настоящим, а не прошлым, — просто ответила Лиза, а потом поймала себя на мысли, что чуть не произнесла те же слова, что Корнилов слышал от нее в образе Кейко: «нужно оставить прошлое прошлому».

— Но, знаешь, иногда это непросто, — задумчиво произнес Алексей.