Катино предложение Лизе понравилось, хотя она и с наслаждением предвкушала спокойный день дома, но идея провести время с любимой подругой, которая, наверняка, отвлечет ее от тягостных мыслей, казалась очень привлекательной.

— Хорошо, я согласна, — улыбнулась Лиза. — Ты знаешь, я не могу тебе отказать.

— Заедем за тобой в 11? — предложила Катя.

— Не надо, я сама приеду, — отказалась Лиза. Ее почему-то пугала встреча с катиным мужем. Казалось, что Сергей видит ее насквозь и трехгрошовое притворство не остается для него секретом.

— Да ладно, мы тебя заберем по ходу, — настаивала Катя.

— Не надо, — Лиза не знала, как отговорить Катю от совместной поездки. — Я, может быть, не из дома поеду, — с ломаной улыбкой сказала она.

— Ой, ну это меняет дело, — рассмеялась Катя. — Тогда давай наслаждаться последними минутами не дома, встретимся около клуба.

Наслаждаться последними минутами не дома — звучало очень двусмысленно, в лизином случае наслаждения не было ни на грош, все наслаждение с собой унес Алексей.

Все было, как и в прошлые ее уходы из клуба, и в то же время совершенно иначе. Если ночная темнота скрывала или хотя бы сглаживала острые углы, то безжалостный свет молодого солнца не прощал фальши. Лиза поплотнее запахнула тонкое кашемировое пальто, надела солнцезащитные очки и шагнула в яркий утренний свет. Парк, окружавший чайный домик и другие строения загородного клуба, выглядел не так фантасмагорично, как во время ее ночных перебежек от машины до двери. Все было обыденно и до боли нормально — дворник в оранжевой жилетке сгребал опавшие багровые листья, две женщины средних катили тележку с бельем, из открытых окон одного из коттеджей доносился шум работающего пылесоса. Девушка казалась себе чужой и ненужной. Каблук новеньких бордовых ботильонов Giuseppe Zanotti попал в щель между тротуарными плитками и был со скрипом оцарапан, Лиза вздрогнула, разозлилась и решила, что для грусти будет свое время, а сейчас надо отдаться на волю наступающему дню.

Субботняя Москва просыпалась томно и неспешно, Лиза быстро добралась до дома, сбросила ботильоны, с грустью взглянув на глубокую царапину на глянцевом каблуке. Ну что ж на деньги, которые ей так услужливо и так исправно выдавал администратор клуба, она купит еще не одну умопомрачительную пару. Лиза быстро разделась и отправилась в душ. Было жалко позволять струям воды смывать с ее тела память об Алексее — о его больших ласковых руках и жестких властных поцелуях. Лиза бросила взгляд на свой шрам, первый раз за долгие 7 лет, ей захотелось избавиться от него, вдруг показалось глупым хранить эту память — память о чем? собственной глупости? ошибке? — ту давнюю ночь с Алексеем Лиза ни тем, ни другим не считала. Напоминать себе о почти невозможности стать мамой? — и без уродливого следа на теле Лиза не забывала об этом. И, если изменить прошлое не в ее силах, то избавиться от шрама она могла.

Алексей любил гольф, и вовсе не из-за того, что это давало возможность показать себя неким эстетом или завести мифические знакомства с нужными людьми. Ему нравилась сосредоточенность на каждом действии, каждом шаге, долгий вдумчивый переход перед решающим ударом, чувство парения и радости, когда мяч падал в нужную лунку. Он не считал себя отличным игроком, только увлеченным любителем, но отказаться от участия в турнире не мог и не хотел. После возвращения из Японии Корнилову еще не приходилось сыграть хотя бы одну партию, и сейчас им владело предвкушение игры. Настроение было на удивление хорошим, прохлада осеннего утра бодрила и уже не казалось, что радостное солнце, каждое утро вставая на далеком Востоке, словно издевается над ним. За доброе расположение духа стоило благодарить Кейко, но он и отблагодарил — сумма, уплаченная в пользу клуба, была более, чем солидной. Алексей усмехнулся, паркуя автомобиль на плотно заставленной стоянке возле Le Meridien Moscow Country Club, слегка повел плечами, разминая затекшие мышцы, — тело хранило приятную усталость прошедшей ночи.

Корнилов помнил нынешний пятизвездочный отель Le Meridien еще советским санаторием, находившемся в ведении Министерства иностранных дел, в котором трудился его отец. С тех пор многое изменилось: аскетичные дома типовой постройки сменили уютные почти швейцарские шале с покатыми крышами и огромный помещичий дом, словно перенесенный в наше время из позапрошлого века. На месте старого стадиона раскинулось гольф-поле с идеально подстриженной травой и небольшими водоемами, через которые участникам соревнования предстояло перебрасывать мяч на пути к заветной победе.

Алексей закинул сумку с клюшками на плечо и медленным шагом пошел в направлении приземистого здания в псевдо-английском стиле, которое, по всей видимости, и было гольф-клубом. Знаток архитектуры в нем пришел в ужас: как можно было на нескольких десятках гектар смешать стиль швейцарских шале, классической русской усадьбы и английский регулярный парк? Да, когда он возьмется за подобную застройку, такому сюрреализму места не будет!

Первым, кого Алексей увидел, входя в столовую клуба, была Лиза. Из клуба — в клуб, пронеслось в его голове. Да, его друзья и, прежде всего, элегантно-сдержанная Лиза, пришли бы в ужас, узнай, как он провел эту ночь — в объятиях переодетой потаскушки, мечтающей о будущем великого архитектора. Лиза выглядела так, словно была предназначена для этого места: синие брюки, белая рубашка, мягкая коса с выбившимися из нее прядями глянцевых волос. Она была одета проще, чем все остальные женщины, присутствовавшие здесь, но при этом, казалась, будто Лиза — девушка из дворца, а они — неумелые подражательницы ей. На пухлых коралловых губах блуждала легкая улыбка, длинные ресницы отбрасывали тени на бледное лицо — она выглядела, как женщина, которая провела совсем не скучную ночь, — некстати подумал Корнилов и разозлился от этой мысли.

— Лиза, привет! — приветствовал он ее.

— Привет, — обернулась девушка и чуть нервным движением поправила шейный платок, словно хотела что-то закрыть от его пристального взгляда. Окружавшие Лизу женщины мигом отвлеклись от своих разговоров и, не скрывая своего любопытства, уставились на нее с Алексеем.

— Любишь гольф? — усмехнулся Корнилов.

— Люблю все новое, — в тон ему ответила Лиза. — Не знаю ни правил, не знаю, что и от кого ожидать, мне просто нравится наблюдать за игрой, за этим медленным кружением перед решающим ударом. — Алексей удивился: настолько слова Лизы созвучны его собственным мыслям о гольфе.