Но тащить не пришлось. Крылатый не ожидал этого ее последнего финта, он продолжал лететь в свою сторону, в своем ритме. И почти не держал ее.

Его пальцы соскользнули с ее талии, и на какой-то миг связь разорвалась.

Но этого мига оказалось довольно.

Оба в ужасе открыли глаза. Полет закончился. Началось Падение.

Зеленая кровля леса стремительно приближалась, острые голые ветви сухих деревьев угрожающе протянулись к ним, мечтая поиграть в шашлык.

Крылья впустую били по воздуху. Одному Крылу было не под силу восстановить равновесие, выровнять Падение, хотя бы направить его к открытой поляне всего в каких-то пятидесяти метрах от них…

В последний момент Крылатый все же смог схватить Ангела в охапку и отчаянно забил Крылом. Она была жутко напугана, но тоже стала стараться изо всех сил.

Было поздно. Все, чего они добились – это смогли увернуться от особо угрожающей ветки и нырнуть под свод листвы, продолжая падать. Отсюда, из-под тесного переплетения лиан и ветвей, взлететь было уже невозможно. Как невозможно было и вовремя затормозить.

Удар был очень болезненным. Практически вся его сила пришлась Ангелу на правый бок, не защищенный Крылатым, открытый для любой атаки. На бок, плечо и Крыло. Резкая вспышка боли ослепила Ангела, и она потеряла сознание.

В себя Ангела привела новая боль – нестерпимо горела щека, а перед тем звенящую тишину бессознательности прорезал хлопок.

Когда Ангел с трудом открыла глаза, Крылатый стоял над ней, отведя руку для повторной пощечины. Да как он посмел!.. Но Ангел тут же сама поперхнулась своим возмущением. А в чем он, собственно, виноват? Они просто упали… Ну… Может, не совсем просто… Может, доля ее вины в этом и была…

Но как только Крылатый заговорил, ее раскаяние как рукой сняло.

– Дура, ты о чем только думала! – он орал на нее. Не кричал, не вопил, а именно орал. Она не терпела, когда на нее орут.

– Ты вообще понимаешь, что мы могли разбиться насмерть из-за тебя ?!

Ангел молчала.

– Да как тебе вообще в голову пришло тянуть меня в другую сторону? Ты ведь прекрасно знала, куда мы летим, что нашло на тебя вообще??

– Я хотела домой…

Она произнесла это едва слышно, но он уловил.

– Домой?.. Да пойми ты наконец, теперь здесь твой дом! Это – то место, где ты теперь обязана жить.

Ангел вскочила на ноги и скорчилась от резкой боли в плече.

– Я ничем никому не обязана! А тебе я в первую очередь ничего не должна!

В ее голосе прозвучали слезы. От боли. Только от боли. Она бы не дала ему видеть ее чувства, ни за что.

Крылатый же принял ее слабость за очередной женский каприз. Он презрительно фыркнул.

– Как же ты мне уже надоела…

Он отвернулся и стал яростно продираться сквозь кустарник. И как он еще не потерял чувство направления?

Ангел попыталась идти за ним, но всего через пару метров рухнула на колени – слишком гулко отдавался в плече каждый ее шаг. Правда, резко опустившись на землю, она вовсе не почувствовала себя лучше. Толчок, удар, новая волна боли… Да что же с ней?..

Крылатый рядом. Он вернулся. В его лице мешались презрение и беспокойство. Она не могла бы сказать, какое из двух чувств сильнее.

– Что с тобой?

– Я не могу идти…

– Нога?

– Нет, здесь…

Ангел попыталась поднять правую руку, чтобы показать, но… Но лишь скорчилась в безмолвном крике, и очередная пелена слез закрыла от нее шелестящий прохладой утренний лес.

– Подними левую руку.

Ангел не могла его послушаться. Она его не слышала. Ей было слишком больно.

Не слишком церемонясь, Крылатый сам ухватил ее за запястье и потянул руку вверх. Ангел на это отозвалась лишь легким стоном, когда рука уже практически полностью вытянулась вверх, поравнявшись запястьем чуть не с самым носом Крылатого.

– Все ясно. Ты что-то сломала. Черт. Хоть левая сторона цела…

– И… И что мне теперь делать? – Ангел все всхлипывала, она не могла остановиться. Еще никогда в жизни она себе ничего не ломала… И ей совсем не хотелось сейчас начинать… А такую боль она в первый и последний раз испытывала, когда… Нет, тогда было больнее…

– Ничего, тащиться в деревню, - огрызнулся Крылатый. – Я же не знаю, что именно ты там себе повредила, и куда делать тебе примочку или шину накладывать, вообще-то, тоже. Так что терпи и пойдем. Поднимайся.

Крылатый резко рванул ее вверх, ухватив за неповрежденное плечо, слегка встряхнул и поставил на ноги.

– Скажи спасибо, что мы вообще уцелели. Перелом можно пережить. А представь, что было бы, если бы ты сломала Крыло? Как мне быть тогда? И чем ты думала, я ума не приложу…